Онлайн книга «Сердце пустыни»
|
– Вспышка, – проговорил Лу. А потом Азель понял, что летит. Все тело сковала боль, словно к его коже приложили горячие угли. Он упал на песок и покатился. Перед глазами все сверкало, мельтешило, и встать он не мог. Азель попытался осмотреться, чтобы хоть немного понять, что произошло. Главная его задача – оценить степень поражения не для себя, а для команды. Но как только предметы перед глазами перестали двоиться, его подхватили под руки и куда-то потащили. Он не мог сказать ни слова. Азель увидел Рису и открыл рот от удивления. Если она жива, значит, вероятно, остальные тоже. Правым глазом он видел лучше, чем левым, потому что вся левая сторона лица была измазана кровью. Он приподнялся на локтях и с радостью отметил, что ноги на месте, хотя правая голень, видимо, сломана. Из одежды уцелели только штаны, хоть и были порваны до середины голени. – Где все? Он увидел, что Гилем держит Редлая за голову. Все его тело покрывали кошмарные ожоги. Регенерация еле справлялась с полученным уроном. Он был в шаге от смерти. Сгорели волосы, почти вся одежда, обломались когти, хвост оторвало. Но, как мог судить Азель, он дышал, а значит, его обличия завершат исцеление. Главное – выиграть побольше времени. Азель вытер левый глаз, обрадовался, что тот еще видит, и стал анализировать. Илай, Сина, Гилем, Риса не пострадали. Досталось в основном ему и Редлаю. Ветер прекратился, и он заметил, как Гиги поднимается с песка. Лу был невредим. Значит, это все-таки его искра, и он использовал ее не прицельно. Риса помогла дипломату сесть. Она с трудом сдерживала слезы. Если Редлая, да и его самого, вывели из строя, значит, перевес в битве смещается в пользу оруженосцев. Азель застонал. – Как же мне это все надоело… Почему никто не понимает? – он не говорил, рычал. – Гилем, что произошло? Потрать костер и введи меня в курс дела. – Я уже, – кивнул он. – Это способность Лу. Я пытался до вас докричаться. Его искра позволяет ему взрывать лепестки и листы растений. Способность Редлая – настоящее самоубийство. Он поджег и взорвал все лепестки розы терпения. Так как больше всего их находилось возле Редлая, ему и досталось. Ты еле выжил. Нас не задело. У тебя нога не сломана, там трещина. Редлай восстановится через десять минут и сможет вылечить тебя. Но использовать бутоны розы терпения опасно. – Проклятие, – бросил Азель. – Милая, а ты чего прибежала? Опасно же. Мы пока держимся на твоей силе. Беги назад. – Айон предлагает устроить побег… – Не получится, пока у них есть лодка, Гиги и хранитель! Они будут преследовать нас даже на Эниде. А я понятия не имею, что задумал этот больной, – Азель не знал, как иначе назвать человека, который со спокойным лицом смотрел на битву своих подчиненных, не желая вмешаться. – Мы не справимся… Посмотри, сколько лепестков разбросано вокруг. Гилем сказал, что на расстоянии километра есть еще несколько деревьев. Это всего лишь искры. Азель, мы не справимся, – Риса заплакала. – Я не могу смотреть на то, как вы погибаете, и не представляю, как вам помочь. – Нет, ты знаешь, как нам помочь. Он не хотел говорить ничего подобного. Азель помнил: Риса переживает из-за своей искры. Всю свою жизнь она находилась за спинами друзей, родственников, команды, парня – кого угодно. Она не умела нормально обращаться с дальним и ближним оружием. Ее навыков недостаточно, чтобы изменить ход битвы. После встречи с Меладеей она немного воодушевилась. Однако глядя на то, как Айон без труда снес стену столицы оборотней, как Редлай и Кайл выстроили заграждение при побеге, чувствовала себя самой слабой и лишней. Гилем стал их лазутчиком и добывал знания о силах врага, а Сина одной лишь искрой, без тренировок, разбила сильнейшее насекомое и нейтрализовала атаки Гиги. Пока она делала шаг вперед, остальные успевали продвинуться на десять. Риса посмотрела на Азеля. А ведь он почти убил сразу двух оруженосцев в ближнем бою. |