Книга Девять поводов влюбиться, страница 76 – Сола Рэйн, Мария Манич, Юся Нова, и др.

Надо сказать, что пребывание в должности ассистента и общение с ветеринарами и сотрудниками давало богатую пищу для размышлений. Я видела, как люди готовы были до последнего бороться за жизнь питомца, который угасал от тяжелой болезни, – и как другие люди обсуждали, не усыпить ли им здоровое животное, потому что они собираются отправиться в долгое путешествие, а брать его с собой не могут или не хотят. Много, очень много можно было понять о людях, наблюдая их отношение к животным и то, как сами животные относились к ним. И поэтому, когда в нашей клинике появилась Сандра Уистлер, я не стала делать никаких скоропалительных выводов – даже несмотря на то, что она мне совершенно не понравилась.

Собственно говоря, мисс Уистлер не могла понравиться ни одной здравомыслящей женщине на свете. У нее были пухлые губы, красивое лицо без единой морщинки, идеальная фигура, и как будто этого мало – она разъезжала на дорогущей машине, носила дизайнерские шмотки и расхаживала в умопомрачительных туфлях на шпильках. Было достаточно увидеть ее один раз, и у вас уже чесались руки дать ей лопатой по голове и закопать где-нибудь в пустыне вдали от посторонних глаз.

Правда, подобный поступок не помог бы вам заполучить ни ее губы, ни лицо, ни фигуру – и вообще был способен привести к таким неприятностям с правосудием, что вы бы предпочли забыть даже слово «лопата».

Под мышкой мисс Уистлер держала какое-то инопланетное создание с вытянутой мордочкой. Блестящие умные глаза посмотрели на меня, и я смутно подумала, что поторопилась с выводами и о пустыне тоже лучше забыть.

– Это уиппет, – гордо объявила мисс Уистлер и улыбнулась.

– Валентайн, не так ли? – Я уже упоминала, что не имею привычки забывать имена питомцев. – Какой красавец!

Мисс Уистлер опустила Валентайна на пол. Уиппет – разновидность борзых собак, у них тонкие длинные ноги и заостренные мордочки. Этот был белый с коричневыми пятнами, а шее его мог позавидовать любой лебедь.

– Гладьте, гладьте, не бойтесь, – подбодрила меня Сандра. – Он любит, когда его гладят.

– Я сегодня держала Наполеона, – призналась я. – Он не против кошек?

Наполеон – громадный мейн-кун бывшей жены одного сенатора. Этого императора котов периодически привозят к нам подстричь когти и подровнять шерсть. Характер у него тот еще, и Стив, ассистент Мерсера, уверяет, что, если я сначала почешу Наполеону спинку, он будет милостив к ветеринарам и не оторвет им головы, а всего лишь попытается откусить конечности. Жизнь работника ветеринарной клиники порой бывает чертовски непростой, и приходится выполнять и такие просьбы.

– Наполеон – это что, кот? – изумилась Сандра. – У меня один клиент, который… Короче, он любит, когда во время секса его так называют.

Я не стала заострять внимание на этой информации, потому что Валентайн приблизился ко мне и ткнулся носом мне в ладонь.

– Ого, – сказала Сандра, и в голосе ее прозвенело удивление. – Впервые вижу, чтобы он сам к кому-то подходил.

Я не знала, что можно на это ответить, и постаралась улыбнуться как можно шире. Люди – всегда люди, и никогда не угадаешь, когда им взбредет в голову испортить вам жизнь. Для этого может сгодиться и такой пустячный предлог, как излишнее внимание к вам собаки. По счастью, пришло время приема, и Сандра с Валентайном скрылись в кабинете.