Онлайн книга «Чувствуй себя как хочешь»
|
Гэри Барнс, с которым Флоренс прожила последние три года, единственный из всех купил себе дом. Обычный дом в Нью-Йорке – самая странная вещь, какую только можно вообразить. За все время она так и не привыкла думать, что это и ее дом тоже. Это хорошо, наверное. Не придется отвыкать. – Заходи. – Джек пропускает ее вперед. – Чувствуй себя как… как хочешь. – Можно я не буду чувствовать вообще? – бросает Флоренс в ответ, аккуратно заходя внутрь. Квартира оказывается небольшой, но обставленной с удивительным вкусом: каждое пятно цвета, каждая деталь интерьера создают композицию. Не обычное жилье, нет – композицию. Светло-серые стены добавляют пространства, и тот же цвет, но оттенком чуть темнее, отражается в мебели. Это могло бы быть скучным. Но медные оконные рамы добавляют озорных искр, которые отсвечивают на других металлических поверхностях. Квартира подмигивает ей, с каждой деталью раскрывается по-новому. Даже не верится, что здесь живет Джек Эдвардс. Флоренс медленным шагом проходит внутрь. Она не так представляла себе холостяцкое логово. Тут не просто чисто – практически стерильно. Даже Гэри, хоть тот и привык сам следить за домом, настолько не заморачивается. В гостиной – со входа не увидела – стоит небольшой шкаф, заполненный книгами. Но Флоренс даже не успевает обратить внимание на корешки: она замечает картину на стене рядом. Дорога, которая пробирается под бетонными мостами и находит свой путь в бесконечность… Стиль узнается мгновенно – она видела похожие работы всего пару месяцев назад. – Джен Орпин? – Странно даже произносить ее имя здесь. – Это картина Джен Орпин? – Почему тебя это удивляет? – звучит прямо у нее над ухом голос Джека. – Она наша, из манкунианцев[3]. – Я просто… У Флоренс нет слов. Она знакома с работами этой художницы: в этом году ее имя не раз произносили в некоторых кругах. Джен Орпин занимается ландшафтами. Она – одна из немногих, кто может вдохнуть жизнь даже в бетонную перекладину. – Просто что? – Джек протягивает руку из-за спины Флоренс, предлагая стакан с чем-то, похожим на виски. – Не знала, что ты интересуешься искусством. – Не делай вид, что ты что-то обо мне знаешь. Он отпускает стакан, заставляя Флоренс перехватить его на лету. – Я знаю Джен. – Джек отходит в сторону, не отрывая глаз от картины. – Так что не удивляйся. Манкунианцы понимают друг друга. – У тебя здесь… хорошо. – Ей становится неловко. – Знаю. Алкоголь непривычно обжигает горло: Флоренс давно не пробовала крепких напитков. На виски непохоже. – Джин, – словно прочитав ее мысли, отвечает Джек. – Пей медленно, он дорогой. – Если тебе жалко, пей сам, – она протягивает стакан обратно, – я могу и в бар поехать. – Не начинай. Я всего лишь хочу сказать, что будет обидно блевать таким хорошим джином. Джек кивает на диван посреди гостиной. – Садись. Расскажи мне все по порядку. Что у вас случилось? – Ничего особенного, – Флоренс остается на месте, – там не о чем говорить. Просто время пришло. – Оставь эту чушь своим высокодуховным идиоткам на работе. – Джек опускается к дивану и похлопывает по сиденью, уже настойчивее. Она проходит и садится. Все еще сложно понять, что именно от нее хотят. – Ты спал с тремя из них, насколько я помню. – Ага, знаю, о чем говорю. От темы не уходи. Льда в джин добавить? |