Книга Чувствуй себя как хочешь, страница 159 – Саммер Холланд

– Ну маму-уль, – кривится Джек.

– Заткнись и ешь.

Ему ничего не остается, как повиноваться. Джек давно знает, что Леон любит командовать, но он же вроде не его девчонка. А сейчас кажется, если он не начнет жевать чертов тост, в ход пойдет плетка.

К таким экспериментам в постели Джек пока не готов. Тем более не с Леоном.

Они сидят молча. Леон наблюдает, как неторопливо исчезают тосты. Странно, но так даже спокойнее: стоит желудку почувствовать еду, тот сразу вспоминает, что не видел ее с пятницы. Вода тоже исчезает, но на месте пустого стакана быстро появляется новый.

Страшно, что Леон начнет расспрашивать. Джек не против обо всем рассказать – тот только счастлив будет, – но слишком рано. Не получится поговорить спокойно, не сорваться на слезы, не пережить все заново.

– Чаю? – спрашивает Леон.

Джек кивает. Он как раз дожевывает последний тост. Возмущение желудка понемногу утихает, но чай придется в самый раз.

Вот почему Леона любят девчонки: его агрессивная забота поначалу пугает до остановки сердца, но потом, наоборот, успокаивает. Есть в этом странный комфорт: просто пожевать тост в тишине, глотнуть горячего чая с молоком. Правильного, как дома делают.

– Это у тебя не из-за работы, да? – Леон поправляет очки и садится поудобнее.

Черт. Начинается.

– Нет, братишка, я не буду рыдать из-за того, что Джанин на мои отчеты ядом капает.

– И с бабушкой все в порядке?

– Да. Сегодня разговаривали.

– Значит, это касается Флоренс.

– Почему сразу она? – Джек делает еще глоток чая. – Может, я в Джанин влюбился.

Леон заходится кашлем, подавившись собственным смехом. Он выставляет руку вперед, показывая, что его не нужно трогать, но Джек и не собирался. Он поджимает под себя ноги, откидывается на спинку дивана и пьет чай, наслаждаясь мгновенной кармой.

– Что… произошло? – постепенно успокаивается Леон.

– Радостная для тебя новость. Мы расстались.

Технически, она сказала, что ей нужно время. Но Джек точно знает значение этих слов: ей нужны годы и десятилетия без него. Желательно вечность.

– А чему я должен радоваться? – сводит брови Леон.

– Ты же против, чтобы у меня с Флоренс что-то было. Вот оно и закончилось.

– Пиздец, – медленно, по слогам тянет тот и стягивает с себя очки. – Я тебе что, шекспировский злодей?

– Да нет, – пожимает плечами Джек. – Ты заботишься о компании, я понял.

– Не буду я радоваться твоему расставанию. Тем более что тебе от него херово.

– Ладно. Но от этого мы все равно обратно не сойдемся.

Леон умолкает на время, поднимается и исчезает где-то позади. Сколько же шагов он наматывает за день по своему пентхаусу? Так и тренировок никаких не нужно, пока за стаканом воды сходишь – засчитывай пробежку.

Когда он возвращается со второй кружкой, Джек тупо пялится в темный экран телевизора.

– Что у вас произошло? – Леон тоже поджимает под себя ноги и обнимает колени.

– У нас пижамная вечеринка? – Джек оглядывает его домашние штаны и майку. – Потом попросишь заплести тебе косичку из волос на спине?

– Ты всегда паясничаешь, когда нервничаешь, – вздыхает тот.

– Флоренс хотела серьезных отношений.

Джек переводит взгляд на телевизор, и в черноте экрана будто снова видит ее растерянные глаза.

Она отдернула руку, когда он ее коснулся. Что может быть хуже?

– Мне казалось, ты не против.

– Я очень за. Представляешь, я – в отношениях. Тот еще номер.