Книга Окно призрака, страница 249 – Камрин Харди

Следуя за Бернардом по коридору со множеством дверей технических помещений, Юэн не мог не отметить, что им движет любопытство. Такое же любопытство руководило им и в предыдущие разы, когда они с Бернардом посещали заброшки. Юэн не мог сказать с уверенностью, что испытывал благоговейный трепет при виде старых, заброшенных зданий, однако в этом было что-то привлекательное. В самих этих вылазках, конечно, а не в том, что возникал какой-то азарт от вторжений на чужую, пусть и давно позабытую территорию. Юэн никогда не относил себя к категории пай-мальчиков, но всегда руководствовался моральными принципами. Да, к примеру, влезать в драки не есть хорошо. Однако если кто-то оскорбляет тебя или твоих близких, не может заткнуться, когда просишь по-хорошему, или первым поднимает руку, то самое верное решение – утихомирить этого человека, не дать слабины и не позволить ему совершить что-то аналогичное в будущем. Потому что надо брать ситуацию под контроль, когда она оборачивается против тебя. Юэн чувствовал на интуитивном уровне, что в этом плане они с Бернардом похожи. Возможно, благодаря этому и поладили.

В посещениях заброшенных мест Юэн не видел ничего криминального, хоть и прекрасно осознавал, что это делалось на свой страх и риск. Они пробирались с благими намерениями, ведомые только невинным любопытством. Сейчас ситуация была несколько другой, однако Юэн ощущал по этому поводу абсолютное спокойствие. Может быть, такой успокаивающий эффект оказывала самоуверенная аура Бернарда. Еще интуиция подсказывала, что волноваться не о чем. Юэн доверял Бернарду. Наверное, именно поэтому он последовал за ним сейчас, в прошлый раз и позапрошлый… Конечно, у Юэна имелось достаточно вопросов к Бернарду, он бы подробнее расспросил про дубликат ключей, однако сейчас явно было не время устраивать допрос.

Берн открыл одну из дверей, и они попали в секцию с научными журналами. Характерный запах книг ночью казался более насыщенным. Словно вся бумага днем настаивалась, чтобы в темное время суток заблагоухать, как особый вид цветов. Между некоторыми стеллажами залегала плотная темнота, кое-какие проходы слабо освещались маленькими локальными светильниками и источниками света, установленными где-то ближе к главному залу.

Бернард осторожно, не делая лишних шумов, двигался прямо туда, к лекторию, Юэн просто следовал за ним. Может быть, библиотека пуста. Может быть, какие-то светильники вообще не выключают на ночь или именно сегодня забыли их погасить. Теорий много, но верная из них всего одна. И скоро все должно встать на свои места.

«Ладно, – мысленно сказал себе Юэн, – и чего тебя вдруг пробило на размышления? Всегда ты сначала делал, потом думал, а тут наоборот. Стареешь…»

Еще Юэна удивляло то, что, Бернард, казалось, знал, куда им надо идти – в сторону лектория. И это заставляло Юэна задуматься над тем, что фотограф недоговаривал очень многого.

– Ты часто так делал? Пробирался в библиотеку? – шепотом спросил Юэн, когда ощутил, что давление тишины стало невыносимым. Они двигались друг за другом на близком расстоянии по освещенным проходам между стеллажей. Юэн едва не наступал фотографу на пятки.

– Нет, – незамедлительно ответил Бернард. – В такое позднее время – никогда.

«Звучит честно».