Книга Костяной лес, страница 129 – Камрин Харди

– Ну это, – прокашлялся Леннарт. У Тобиаса не было цели его смутить, но Ленн иногда выглядел забавно. Он явно был рад и предвкушал скорое возвращение в город. – Если не будет сил мыться, ты всегда можешь позвать меня.

– Спасибо.

– Я устал как собака, – сказал Леннарт, отходя в сторону камина, – но на кухне видел много еды, поэтому горячий ужин в честь такого приготовлю.

Оставшись стоять около окна, Тобиас достал камень и стиснул его в ладони. Скоро и правда должно было все закончиться. Теперь он знал это точно.

* * *

Леннарт лежал на другом краю кровати, спиной, и только по его углубившемуся дыханию Тобиас понял, что тот наконец уснул.

Они помылись, согрелись и плотно поели. Эта хижина оказалась настолько идеальной, что в ней можно было бы даже остаться жить. Специально ли их привели сюда неведомые силы или нет – Тоби не знал. Но предполагал, что все не просто так.

Он развязал веревку на запястье и поднялся с кровати. Леннарт зашевелился, и Тоби застыл с бешено колотящимся сердцем, стараясь не выдать себя, однако Ленн не проснулся.

Тобиас накинул куртку и вышел в ночь. Луна на небе снова казалась полной, что уже даже не вызывало удивления. Тоби долго смотрел на нее, готовый вот-вот впасть в приступ лунатизма, однако он каким-то чудом избавился от наваждения и, достав камень, осмотрелся.

Как и прошлой ночью, ему надо было кое-куда отправиться. Леннарт выпил вторую часть травяного настоя, который должен помочь залечить его пораженное недавним микроинфарктом сердце. Вряд ли он проснется до утра, лекарство имело хороший снотворный эффект, так что у Тоби было время, но… вдруг он не вернется?..

Он последовал зову по направлению камня и вскоре вышел к хижине. Не к той, в которой остановились они с Ленни. И не к какой-нибудь из прежних хижин-котлов. Эта хижина была усыпана костями и черепами. Вокруг нее в лунном сиянии клубился туман и тишина. Черепа всевозможных животных смотрели пустыми глазницами и молча спрашивали: «Зачем ты здесь?»

Тоби долго стоял перед хижиной, набираясь смелости и дрожа от волнения, но все-таки сделал шаг и ступил на крыльцо.

Порой Ленни казалось, что он все-таки умер в той аварии, а Костяной лес – на самом деле нечто вроде чистилища, в котором он застрял. Тропы удивительным образом путались. Локации, вроде озера, кругов священных камней и почти одинаковых хижин, повторялись. Еда появлялась из ниоткуда, а некоторым (или многим) явлениям не находилось логического объяснения. Может быть, и правда: Дэш выжил, Ленн – нет. Или они погибли оба? Куда тогда попал брат? Кто такой Тоби? Тоже застрявший в чистилище умерший от болезни или несчастного случая? Или проводник по этому странному миру, призванный, чтобы Ленн разобрался в себе, осознал свою смерть и отправился дальше?..

Такие мысли обычно приходили по пробуждении, которое всякий раз Ленн ассоциировал с болезненным пробуждением в больнице после аварии. Потом они рассеивались, когда сонливость проходила и реальность становилась более осязаемой, а концентрация тревоги под сердцем оседала. Это тоже словно бы повторялось вновь и вновь. Не замкнутый круг, но зацикленная спираль с так или иначе схожими событиями. Чем не чистилище?..

Ленн даже не удивился, когда проснулся один, но все равно первым делом пошел искать Тоби. Куртка этого странного парня почему-то висела на спинке стула перед камином, в котором тлели угольки. Искупавшаяся в озере книга тоже сушилась рядом. На кухне никого не оказалось, в хижине было подозрительно тихо. В окна, подвывая, билась самая настоящая метель, но даже она не тревожила Ленни так сильно, как отсутствие напарника по несчастью.