Книга Четырнадцать дней до…, страница 87 – Саша Паулан

Марк с мамой переглянулись и засмеялись. Я уже не понимала, что мне думать и что мне делать. Поэтому я просто взяла нож и молча стала резать картошку. Из-за неловкого молчания (у меня даже сложилось впечатление, что я лишняя) бабушка сделала громче звук у телевизора, где показывали советский новогодний фильм, а потом, даже не сговариваясь, они вместе с Екатериной Романовной начали подпевать песне про пять минут. А через некоторое время к ним подключился Марк. Теперь переглянулись мы с мамой. И тоже запели! «Хор неровных голосов» – так можно было бы назвать наш квинтет. Это было до мурашек приятное единение. Оно длилось несколько минут, но сумело разбить неловкость между нами. Думаю, музыка– самая мощная сила. Особенно новогодняя музыка.

– Марк, когда пойдешь гулять с Кефиром, не забудь зайти за Снежинкой, – сказала Екатерина Романовна. – Соня, поможешь Марку?

– Конечно! – ответила я даже как-то чересчур воодушевленно. Но у нас сегодня последний день, а мы тратим его на нарезку салата.

– Вот и отлично! – ответила она. – А то Снежинке одной будет страшно!

– Ба, а так будет страшно нам всем, – засмеялся Марк и, повернувшись к маме, продолжил. – Снежинка совсем не из пугливых. Она уже Кефира воспитывает, – сказал Марк и очень тихо добавил: – И бабушку тоже.

– Марк, не спорь со старшими, – наигранно возмутилась Екатерина Романовна.

– Ба, с тобой не поспоришь! Ты чемпион по переспориванию, – продолжил шутить Марк.

– Это точно, – поддержала его моя бабушка.

– Так, подруга, а ты на чьей стороне? – Екатерина Романовна театрально всплеснула руками.

– Конечно, на твоей, – бабушка послала подруге воздушный поцелуй.

– То-то же, – довольная собой, ответила Екатерина Романовна.

Чтобы Кефир не мучился от ароматных запахов, которые витали по кухне, мы решили выйти с ним на прогулку. Нас встретили мороз, сугробы и пустые улицы. Большинство людей, так же как и наши родственники, были заняты подготовкой к главной праздничной ночи года. Марк спустил Кефира с поводка, и тот весело засеменил к ближайшему сугробу, чтобы вырыть норку и поваляться в снегу. Мы с Марком молчали. Казалось, что любое сказанное слово приведет к разговору о нашем расставании. Так и получилось…

– Мне не хочется, чтобы этот год заканчивался, – Марк первым нарушил тишину. Он повернулся ко мне и обнял.

– Мне тоже, – я глубоко вдохнула морозный воздух, отчего у меня заслезились глаза. Или от слов Марка.

– Может, следующий будет еще лучше? – сказал Марк, но я не поняла, обращается он ко мне или это просто риторический вопрос, из тех, что многие задают себе перед Новым годом.

– Может быть, – повторила я и решила сменить эту тему. – А твои родители приедут отмечать?

– Нет, – ответил Марк. – У них не получилось вырваться из Мюнхена.

– Жаль, я хотела бы с ними познакомиться, – ответила я.

– Кстати, у тебя очень классная мама, – улыбнулся Марк и сделал банальный, но приятный комплимент: – Теперь понятно, в кого ты такая красивая.

– Спасибо! А я смотрю, вы с мамой быстро подружились, – поддела я Марка.

– У нас есть с ней кое-что, что нас сближает, – Марк засмеялся и чмокнул меня.

– Что же? – не поняла я.

– Любовь к винегрету, – ответил Марк и щелкнул меня по носу.

– Марк! – воскликнула я с возмущением.

– Ты, – сказал Марк. – Ты нас сближаешь…