Книга Четырнадцать дней до…, страница 65 – Саша Паулан

Как же я устала от этих взрослых и детских поступков и решений! Неужели нельзя просто жить жизнью обычного подростка? Неужели каждый подросток сталкивается с такой проблемой, как «первая любовь»? Может, мне поговорить об этом с Аней завтра? Думаю, она точно влюблялась и знает, что делать с этим чувством.

У меня так много вопросов, но я не знаю, существуют ли на них ответы. Может, составить список за и против? Но чем он мне поможет, если Марк все равно уедет? Какое решение я должна принять? Мне всего лишь нужно разлюбить. А этому никто не научит. Что там говорят про время? Что оно лечит… А еще и калечит. Мне станет не так больно через месяц или два? Или должен пройти год? Если я останусь в Москве, то точно быстрее смогу забыть Марка… А Питер, его улицы, памятники и ветер будут напоминать о нем.

Интересно, как сейчас отреагирует мама? Скажет, что это и есть тот самый глупый поступок? А я с ней соглашусь. Глупый поступок глупой девчонки. Просто эта девчонка так хочет новогодней сказки, что закрывает глаза на свою боль. Жаль, я не осознавала, что боль и любовь ходят рядом…

«Мама, завтра я иду на бал! Главное – не превратиться в тыкву».

Утром я проснулась в прекрасном настроении. Не знаю, оттого, что я иду на бал с Марком, или оттого, что у меня будет настоящий девчачий день с примеркой платьев и подготовкой к балу.

Наскоро перекусив, я собралась к Ане и, чмокнув бабушку, выбежала на улицу. До Нового года осталось три дня! Очень надеюсь, что такая погода продержится до праздника, – мороз щекотал нос, солнце грело изо всех сил, а снежинки весело скрипели под ногами.

До Ани я добралась за 10 минут. Когда я вышла из лифта, она уже меня ждала. На ней был розовый плюшевый спортивный костюм, а на голове – намотано полотенце.

– Привет, – Аня обняла меня. – Ты первая. Мира еще дрыхнет.

– Привет, – я улыбнулась и обняла ее в ответ.

– Проходи, не стесняйся, – Аня пропустила меня в квартиру. – Родителей сегодня нет. У нас свобода!

– Спасибо, – я разулась и повесила шубу на вешалку.

– Экскурсию? – спросила Аня.

– В смысле? – я не поняла, что она имела в виду.

– Ну квартиру показать? – она засмеялась и легонько потянула за собой. – Моя мама – дизайнер интерьеров, поэтому она продумала каждую деталь в квартире.

– Очень стильно! – квартира была словно из журнала про ремонт: белые стены, синяя мебель и черные аксессуары.

– Но одна комната сделана по моему вкусу, – заулыбалась Аня. – Моя комната.

– Я не удивлена, – по-доброму пошутила я.

– Эй! – Аня засмеялась. – Я еще не успела позавтракать. Не хочешь перекусить?

– Я позавтракала, но от чая не откажусь, – ответила я.

– Тогда пойдем, у меня такие эклеры – закачаешься! – Аня даже зажмурилась, представляя эклеры.

Кухня поразила меня своей чистотой. Ощущение, что мы зашли в стерильную операционную. Все было белым: шкафчики, стол, стулья, посуда.

– Ого, – присвистнула я. – Очень стильно.

– Спасибо, – Аня включила чайник. – Только не так уютно. Словно павильон для съемок фильма про одержимого чистотой маньяка.

– Да ну тебя! – я засмеялась от того, как точно Аня описала мои впечатления.

– Я серьезно, – Аня засмеялась в ответ. – Здесь комфортно только маме. Папа даже ужинать уходит в гостиную, боится тут что-нибудь испачкать.

– А в гостиной не боится? – удивленно спросила я.