Онлайн книга «На тысячи осколков»
|
– Я тебя помню, ты новенькая. – Стеффан нахмурился. – Но ты в школе ни с кем не общаешься. Ну, кроме Тины. При чем тут мы? При чем тут Кай? – Просто помолчи и дай ей сказать, – шикнула на него Тина. Я разложила перед ними брелок в форме кеда, валентинку, фото надписи на моем школьном шкафчике и рисунок с колеса обозрения. Затем поставила на стол магнитофон и открыла чат на телефоне. Собравшись с духом, я начала свой безумный рассказ. Меня никто не прерывал, только Стеффан закатывал глаза и пару раз вздохнул. А меня бил озноб, ведь все детали снова и снова оживали у меня в голове. Я рассказала про вечер караоке и про новые альтернативные реальности, рассказала про встречу с Каем во Флодберге и про гитару своего отца. Так много ниточек сплелось в одну косу, что такое точно не может быть случайным. Говорят, при помощи совпадений бог сохраняет анонимность. И я верила, что только вместе мы сможем вырвать Кая из лап смерти. – Боже! Да ведь он реально переписывался с девчонкой, помнишь? – встряхнул Стеффана Дэни. – В прошлом году. Мы все угорали над ним! – Её звали… Герда? – Теперь он тоже вспомнил. – И тот случай на выступлении. – Анита заерзала на стуле. – Помните, как он сбежал? Нам еще показалось странным: даже гитару бросил. – Да, а потом отдалился. Трудно шел на контакт, – подтвердил Стеффан. – Неужели мы могли пригласить тебя солисткой в группу? – нахмурился Дэни. – Ты бы слышал ее голос! – сказала Тина. – Звучит как бред… – Так вы со мной или нет? – воинственно спросила я, поднявшись из-за стола. Уже через пару часов мы были готовы привести в действие операцию «Всё или ничего». Дэни уговаривал меня согласиться на акустическую гитару, но я убедила его, что звука должно быть много. Музыка должна прорваться туда, куда нет доступа живым. Туда, где обитают одни души. Поэтому Анита с Тиной взяли на себя отвлечение медперсонала, а парни протащили в палату электрогитару Кая – ту, что принадлежала когда-то моему папе, – усилитель, микрофон, кучу проводов и часть барабанной установки. Нам пришлось сделать несколько ходок, мы жутко вспотели, но были уверены, что это того стоило. Всё чуть не сорвалось, когда в палату к Каю направилась медсестра, но девочки среагировали вовремя: Анита разыграла обморок, и все медики на этаже тут же переключили внимание на нее. Мы закрыли дверь палаты и быстро настроили оборудование и инструменты. Дэни взял барабанные палочки, Стефф – гитару. У меня дрожали руки, когда я сжала пальцами микрофон. От напряжения казалось, челюсти свело. Но стоило зазвучать первым нотам, как появилась уверенность, что всё непременно получится. И голос меня не подвел. Прости, если я мало тебе говорил: Ты прекрасна. Прости, если я не смог тебе доказать: Ты прекрасна. Музыка парила поверх больничного шума, голосов, писка оборудования. Она заполняла собой всё вокруг, вытесняя ненужное. Очищала. Врачевала. Возрождала. Я чувствовала ее вибрации на своей коже. Ощущала, как мой голос кружит по палате, звенит, рвётся наружу и взмывает к небесам. И все смотрела, смотрела и смотрела на Кая, веря в чудо. Если что и может вернуть человека к жизни, то это любовь. Я люблю тебя, Кай… Ты мне очень нужен. Вернись же! Вернись! Кай Темнота Темнота. Это было первое, что я осознал. Не свое имя, не то, где я. Просто тьма. Я умер? Страх сковывал сознание. Только оно у меня осталось. Больше ничего нет. Меня нет? |