Книга Котулху-Мявн и проклятие Солнечного города, страница 30 – Агния Кабитова

– М-м, стажеры, – сдерживая очередную волну внутреннего ужаса, произнес сэр.

– Это точно не племянники короля, – отрапортовал оборотень, – и вас просили, если захотите похвалить за выполненное задание, жмите им руки, а не горло.

– Это было непроизвольно и, замечу, тогда никто никого не придушил.

– Да, они припарковались в прошлый раз немного…

– Немного в водонапорную башню, которая чуть не придавила меня, – хмуро заметил сэр. – Следуя долгу, я, конечно же, исполню королевский указ. Никто из монарше-не-монарших персон не пострадает.

Отдав честь и пожав руку, сэр доверил оборотню завершить все разъяснительные действия, а затем составить протоколы и разобраться со всеми бумажками.

– Благо в нашем мире волшебства и молочных чернил, р-раф, описки и опечатки легко поправимы.

– Я этого не слышал, – строго произнес сэр. – И не слышал в первый и последний раз.

С опаской оглядев приехавший экипаж, сэр залез внутрь, забрав дремлющего Котулху-Мявна. Оказывается, рабочий день закончился. Из-за постоянного тумана тяжело было отличить утро от дня, а день от вечера. После всех приключений пришло время отправляться домой.

Пока мир постепенно поглощало неведомое, сэр думал о причинах. Последние месяцы в городе все сильнее вспыхивали конфликты. Горожане, вроде все знакомые лица. Кого-то сэр помнил еще маленькими щенками, розовощекими эльфятами или любознательными фавнятами. И вот спустя время сэр видел, как повторялись события прошлого, только куда более остро. Нерешенные конфликты только множили ненависть. Недомолвки, выяснения отношений вместо нормального разговора. Сначала жители города молчали, все держали в себе, а потом удивлялись, что другие ничего не знали.

Стучали колеса кареты, стажеры управляли служебным транспортом уже лучше. По крайней мере, в этот раз они не врезались в дерево с гнездами фениксов или не снесли выставку мыльных пузырей, устроенную фейри и друидами. Весь город тогда наводнили огромные пузыри, внутри которых маленькие мыльные пузыри превращались в рыбок, птичек и бабочек. И карета умудрилась снести чаны с мыльным раствором во время погони за каким-то воришкой.

Тогда сияние и солнечные зайчики скользили по всему Солнечному городу. Воспоминания вызвали улыбку. Только она исчезла, стоило сэру посмотреть в окно кареты. Серое. Все было серым.

«Едем, и уже спасибо небесам», – устало улыбнувшись, подумал Пур-Пур. Он, не думая, закутал монстрика в свой шарф и положил себе на колени. Кто бы отличил сейчас этот комок шерсти от обычного кота? Ну, разве что по щупальцам и крыльям. Но в остальном котик как котик. «И откуда ты взялся? И зачем?» – задумчиво думал сэр, не заметив, как проснулся Котулху-Мявн. Свернувшийся комочком в заботливых руках, он приоткрыл чуть-чуть глаза. Впервые за долгое время, проведенное под толщей ледяных вод, после ужасного пробуждения он чувствовал тепло и, что-то странное… Заботу? Он не знал, о чем заговорить. И как. Из-за ошейника стоило подбирать слова.

– Почему тебя, о Мамама, все зовут «сыр шип»? – монстрик с подозрением уставился на сэра.

– Сэр шеф, – улыбнувшись, ответил сэр. – В каком-то фильме показали, что начальника называли так, вот и привязалось. А так меня зовут Пур-Пур Тринадцатый Везучий.

– Тогда почему, когда великий Я, точнее, когда я был великим и хотел не… не то чтобы съесть тебя, но… – Котулху-Мявн сам запутался в своих словах.