Книга Последний суд, страница 32 – Влада Мишина

Задумавшись, девушка оступилась. Влажный песок у берегов реки сыграл с ней злую шутку, став скользкой дорожкой в воду. Ифе почувствовала миг падения и даже не успела вскрикнуть.

Но погружение в Хапи всё же не состоялось, и её запястье обхватила тёплая рука. Шани уже ушла вперёд, не замечая сцены, что разворачивалась за её спиной.

Одайон удерживал Ифе на грани падения. Она была уверена, что он просто поможет ей вернуться на берег, но мужчина лишь толкнул её ближе к воде, и тут же вновь поймал, прижимая к себе.

– Я бы сказал тебе быть осторожнее. Но второй раз столкнул тебя сам.

– Отпусти меня, – прошипела аментет.

Она боялась звать на помощь Шани, ведь Одайон в ту же секунду мог столкнуть её в воду.

– Уверена? Если отпущу, ты упадёшь в Хапи, – улыбнулся разбойник. – Тут в Дуате в ней смешиваются и воды времён, и забвения, и чего-то ещё. Тебе может не понравиться купание.

Ифе с ужасом смотрела на мужчину, держащего её в слишком опасных объятиях. Она уже открыла было рот, чтобы всё-таки рискнуть и позвать Шани, но Одайон прошептал:

– Разве когда двое столь близки, нужен кто-то третий? Или тебе и такое по душе?

Аментет не понимала порочного подтекста, скрытого в его словах, но её ужасно пугала и раздражала сама близость мужчины.

– Поставь. Меня. Обратно, – впервые ей удалось придать голосу действительно стальное звучание.

– Как скажешь.

Ифе ощутила рывок. Её ноги коснулись песка, но в миг возвращения в равновесие Одайон оказался ещё ближе. Его дыхание скользнуло по её волосам, и девушка мазнула носом по щеке мужчины, пытаясь отвернуться.

– Падай почаще. Мне понравилось, – ухмыльнулся он, втягивая воздух так, словно наслаждался запахом аментет.

Ифе с отвращением отшатнулась, бегом бросаясь к Шани. Она не собиралась думать о произошедшем. Не собиралась вспоминать.

Одайон же задержался на том месте, где поймал её. «Может, поразвлечься? Прежде чем… – мужчина оборвал мысль, тихо рассмеявшись. – Почему бы и нет».

ТА-КЕМЕТ. ГЛАВНЫЙ ХРАМ В СЕПАТЕ ИНПУТ

Атсу стоял у тела Ифе в пустом зале. Его мысли полнились воспоминаниями: от их первой встречи до кинжала, пронзившего её. «Моего кинжала», – думал вор.

Шани терзала его разум не меньше, чем Ифе. Как и Амен, Сефу и Уоти. Теперь в Дуате его ждала не одна душа, а все, о ком он заботился последние много лет.

Атсу вспомнил улыбку сестры. «Конечно, ты на Полях Иалу. Туда у меня не так много шансов попасть. Моя праведная Шани…» Он ещё не догадывался, что праведность его сестры была очень похожа на его собственную и подчинялась особым понятиям о том, что хорошо и что плохо.

Размышления Атсу прервали шаги.

– Всё готово, – едва войдя в зал, гордо заявил Кейфл.

– Ещё никогда не видел, чтобы кто-то с такой ухмылкой говорил о собственной грядущей смерти.

– Прости, забываю, что для тебя это в первый раз, – пожал плечами принц.

Стоило ему взглянуть на тело Ифе, как ухмылка покинула его лицо.

– Ты смыл пыль?

– Что? – не понял Атсу.

– Ничего, – Кейфл недоверчиво покачал головой и быстро проговорил: – Мы воспользуемся папирусом Эберса. Он писал о ядовитых бобах, и, судя по расчётам, можно предположить, что усваиваемая доза…

– Кейфл, – вор оборвал поток мысли хекау.

– Прости, – быстро кивнул принц.

У каждого были свои способы справляться с болью и потерями. Если Атсу погружался в воспоминания, то Кейфл заставлял свой разум работать на износ.