Книга Последний суд, страница 102 – Влада Мишина

Недели, что прошли с её гибели, ничуть не облегчили страдания. Да, Атсу продолжал существовать – он воровал, чтобы накормить Амена и других детей в трущобах, ходил по улицам, притворяясь живым, хотя на самом деле внутри себя умер вместе с Шани. А ещё он пил. Постоянно.

Из-за пива руки вора начали трястись. Это едва не стоило ему жизни, когда он уронил буханку хлеба прямо рядом с лавкой, из которой её украл. Благо, Амен подстраховал – отвлёк торговца, позволив Атсу скрыться.

Он был жалким. Ненавидел себя с каждым днём всё больше. И у него больше не было никаких целей. Дойдя до самой пустынной части города, у самой стены Атсу остановился. Даже в пьяном состоянии его слух оставался достаточно острым, чтобы услышать шорох на крыше и распознать в нём крадущиеся шаги.

Вор не потянулся к кинжалу – ему было всё равно, даже если бы преследователем оказался меджай, жаждущий снести ему голову.

– Красть у меня нечего. А если хочешь убить, то не тяни, – хрипло сказал он в пустоту.

Шаги на крыше стихли, и в следующий момент за спиной Атсу послышался глухой удар – преследователь спрыгнул на землю.

– Похвально, что даже под этим пойлом ты смог распознать слежку, – грубый мужской голос был вору незнаком.

Атсу обернулся, встречаясь взглядом с чёрными глазами невысокого человека. Тот был одет в неприметную накидку и чисто выбрит. Незапоминающееся, неровно загорелое лицо выражало крайнюю степень презрения. Атсу отметил, что из-под накидки незнакомца выглядывало сразу несколько клинков разных форм и размеров, а его сандалии, пожалуй, самое дорогое, что было в одежде, казались очень мягкими, точно специально сделанными для бесшумного передвижения.

– Что тебе от меня нужно? – зло спросил вор, поняв, что убивать его сразу в намерения странного человека не входило.

– Я хочу предложить тебе работу.

– Ха! Если она не включает в себя постоянного пьянства, то мне неинтересно, – Атсу глухо рассмеялся одной из своих худших шуток, от которой раньше его, скорее всего, стошнило бы.

Незнакомец спокойно дождался, пока лающий смех прекратится.

– Я за тобой следил. Ты хорошо скрываешься. Даже очень хорошо. И пальцы у тебя ловкие.

– Если тебе нужны ловкие пальцы, то могу подсказать имена пары-тройки торговок, которые с удовольствием покажут свою ловкость. А я ещё не настолько пьян, чтобы спутать тебя с прелестницей…

Завершить затянувшееся оскорбление вор не успел. Незнакомец с удивительной скоростью преодолел разделявшее их расстояние. Будь Атсу трезв, он бы, наверное, смог увернуться, но с плывущим перед глазам миром ему оставалось только замереть, чувствуя холод стали, прижатой к горлу.

– Прикуси язык, мальчишка. Когда я говорю – ты молчишь, ясно?

– А то что? – ухмыльнулся Атсу.

Боль пореза заставила его зашипеть, и он почувствовал кровь, стекающую с шеи к ключицам.

– Я не убью тебя, – холодно сообщил незнакомец. – Когда кто-то хочет умереть – исполнять эту мечту совсем не интересно. Но вот убить того милого мальчика, о котором ты так заботишься, я вполне способен. Как его там… Амен, кажется?

– Если тронешь его хоть пальцем, я тебя уничтожу! – Атсу дёрнулся, пытаясь отодвинуть лезвие от шеи, но лишь углубил порез.

– Тише-тише. Я не изверг. Ты сам вынудил меня начать с угроз, хотя убивать твоего щенка у меня вовсе нет резона. Мы можем поговорить, как мужчины, – спокойно и разумно.