Книга Свет во тьме, страница 73 – Ноа Хоуп

– Помоги Алёне подготовиться к отъезду. Она уезжает в Вегас на год. А потом… разберись с Катей.

– Как скажешь, Пахан! – ответил Соколов с ухмылкой, за что получил раздражённый взгляд Кирилла.

Когда мы, наконец, остались вдвоём с Морозовым, я наполнил наши бокалы напитками и, подняв свой, произнёс:

– За удачное сотрудничество!

– Приезжай почаще, Ник, – усмехнулся он, откинувшись на спинку дивана. – Может, ещё что захочешь купить. У меня всегда найдётся интересный товар.

Я ответил ему такой же усмешкой, а сам в голове уже прокручивал план того, что собираюсь сделать с Алёной.

Прошло несколько дней, а тяжесть на сердце не отпускала. Вина перед Ником, точно ядовитый плющ, обвивала мою душу. Да, я не предала его в полном смысле этого слова, но он был прав. Я приехала к нему в первую очередь из-за брата, а не чтобы рассказать о проклятом агенте ФБР.

По крайней мере, мне удалось увидеть Алистера и поговорить с ним. Не то чтобы это была приятная встреча, скорее, наоборот – тяжёлая, полная горечи и разочарования. Но теперь я знала, что произошло той ночью, и брат ответит за свой поступок. Он пообещал сдаться полиции, как только закончится наказание Ника. Это было его решение, и я хоть и с трудом, но приняла его.

Однако, что касается Николаса… на этом фронте всё было куда сложнее. Я до сих пор не имела ни малейшего представления, вернулся ли он в Вегас. Его люди хранили молчание, а сам Ник не появлялся в доме. Глупая часть меня, всё ещё надеялась, что Картер остынет, что мы сядем, как цивилизованные люди, и всё обсудим. Но с каждой минутой эта надежда таяла. Наш контракт скоро подойдёт к концу, и мы разойдёмся как в море корабли. Каждый своей дорогой.

Ведь именно этого я хочу… да?

– И как он тебя не отослал ещё? – лёгкий, мелодичный смешок вырвал меня из пучины размышлений, грубо вернув в реальность. Сердце тревожно ёкнуло, подпрыгнув к горлу.

«Кто это?» – вопрос эхом отозвался в голове, смешиваясь с неприятным предчувствием, что ничего хорошего ждать не стоит. Я настолько глубоко погрузилась в свои мысли, что даже не заметила, как дошла до кухни. Сделав глубокий вдох, я резко распахнула дверь и застыла на пороге.

За столом сидела незнакомая девушка. Светлые волосы, водопадом струящиеся по спине, обтягивающие чёрные штаны, подчёркивающие изгибы её фигуры, и простая футболка. На стуле небрежно висела кожаная куртка. Она разговаривала по телефону, изредка делая глоток из чашки с дымящимся кофе, и выглядела при этом так… непринуждённо и уверенно, так по-хозяйски, словно жила здесь уже не один день, и это было её место, её законная территория. Эта картина резанула по нервам, вызвав острый, почти физический укол ревности, который пронзил меня насквозь, отравляя каждую клеточку моего тела.

«Она любовница Ника?» – мысль эта была как пощёчина, жгучая и унизительная. – «И зачем он привёл её сюда? Чтобы держать всех под рукой, чтобы влюбой момент…» – я стиснула зубы, едва сдерживая ярость. – «Он, чёрт возьми, серьёзно решил собрать гарем?»

Воображение услужливо рисовало самые отвратительные картины, подпитывая и без того бушующую ревность. Горло сдавило спазмом, дышать стало трудно. Ярость, словно раскалённая лава, поднималась всё выше, грозясь извергнуться. Я не выдержала. Слова, пропитанные ядом, сорвались с губ сами собой: