Книга Наемник, страница 63 – Марго Харт

— Нет-нет-нет, — скорее нехотя высвободилась Веласкес, поправляя халат. — Ты только пришел. К тому же, то, что у тебя в пакете, тоже очень вкусно пахнет. И я еще не пила кофе.

Дамиан недовольно цокнул языком, на что девушка рассмеялась, и какая-то по-своему нежная мужская улыбка вновь не заставила себя долго ждать.

Селия заварила две чашки кофе и выложила принесенные парнем сэндвичи с кусочками шоколадного торта на тарелки. Согревая руки напитком, Веласкес не могла оторвать глаз от наемника. Он сидел к ней боком, в темно-синей поло, заправленной в черные штаны; на руке, в которой Бланко держал кружку, как обычно красовались часы. Почувствовав на себе пристальный взгляд, Дамиан повернулся и теперь сидел лицом к девушке.

— Я не Каспер и не дружелюбное приведение, но ты смотришь так, будто все-таки видишь его.

— Хуже, — уточнила Веласкес. — Особенно после всего, что я видела.

— Селия, — наемник придвинулся к девушке и положил широкие ладони на ее скрещенные друг на друге колени. — Мы росли в разных мирах. То, что ты видела — часть моего, и если ты не готова…

— Я готова.

Бланко застыл. Его серьезный взгляд, словно предупреждающий, пронзал насквозь. Но удостоверившись, что Селия не колебалась, либо также умело скрывала переживания, Дамиан забрал из ее рук чашку и отставил на стол.

— Сначала я рос в детском доме. Потом долгое время меня держали в подвале. Там из меня регулярно выбивали дурь. Я бы, может, и был бы нормальным человеком, если бы мне показали другую жизнь, но что произошло, то уже произошло.

Кошмарные картины с участием парня пронеслись в голове Веласкес. Сердце сжалось от жути и растерянности.

— Долгое время я работал на одного человека, который и выдал задание убрать твоего отца. Но заказал его другой. Я давно подозревал, что мой бывший босс мутил что-то неладное, и не ошибся. Когда я заявил, что больше не буду на него работать, все и началось. В мире мафии — это норма: ты пытаешься уйти от дел — тебя пытаются убрать.

Девушка не знала, что говорить. Потому просто молчала и обдумывала каждое слово.

— Ты и представить себе не можешь, сколько уважаемых и примерныхна первый взгляд людей замешаны в откровенном дерьме. Они готовы резать друг другу головы из-за денег и доброй дозы наркоты. Большинство мероприятий ты организовываешь для жадных до последнего грамма ублюдков.

— Ты ведь тоже это делаешь. Из-за денег, — отсутствующим голосом проронила Селия. — Сам ведь говорил.

Наемник помедлил.

— Делаю. В своем детстве и юношестве я нахлебался достаточно помоев, чтобы не продолжать в них жить.

— Сколько… Сколько раз ты это делал? Убивал.

— Много, Селия. Сбился со счету, если уж быть до конца откровенным.

Веласкес продолжала пребывать в прострации. Казалось, мировоззрение крутанулось на триста шестьдесят, стирая следом все то, что казалось правильным, адекватным, справедливым.

Где была справедливость, о которой все сетовали и которую всегда навязывали, когда дело коснулось ее отца? Когда дело коснулось Дамиана? Самой Селии, которая просто была лишь второстепенным, незаинтересованным в кровавых разборках лицом?

Нигде. До девушки наконец дошло, что за странное ощущение перемен преследовало ее все это время — разочарование. Острое, но необходимое, чтобы раскрыть глаза и увидеть реальность такой, какая она была на самом деле.