Книга Синие бабочки, страница 135 – Джек Тодд

Я поднимаю руку и стучу в дверь. Три раза, как привыкла в последнее время. Только за дверью меня ждет вовсе не Рид с самодовольной ухмылкой.

– Войдите, – приторным голосом отвечает секретарь, имя которой я снова забыла. – О, добрый день, мисс Уильямс. Ректор Стилтон предупреждал, что вы зайдете. Он вас ждет.

И сердце ухает вниз, едва я переступаю порог. Он меня ждет?Не верю, что Стилтон в курсе не только о наших с Ридом отношениях, но и о том, чем он занимался все эти годы. Иначе его давно уже не было бы в академии. Правда же? С другой стороны, тогда понятно, почему Рида арестовали после пары бесед с ректором. Черт бы его побрал!

Но я все равно натягиваю на лицо нервную улыбку и молюсь, чтобы уголки губ не дрожали. Да и голос стоит контролировать.

– Спасибо. Я могу войти?

– Да, конечно, проходите.

С шумом втянув воздух, смело толкаю вперед внутреннюю дверь и впервые оказываюсь в кабинете ректора Стилтона. Здесь просторно и светло – сквозь высокое окно падают лучи солнца, за массивным деревянным столом красуется огромное кресло с богато украшенными подлокотниками, на полу мягкий ковер, а среди стеллажей из красного дерева тут и там зеленеют цветы. Хорошо устроился. Не удивительно, что решил до последнего держаться за свое место.

– О, а вот и ты. – Он едва не хлопает в ладоши и противно улыбается. Боже, если бы его улыбка была сахарным сиропом, я бы уже была в нем с ног до головы. – Как тебе небольшой подарок от академии? Мне показалось, тебе вполне хватит дурной репутации, исключение – это уже крайняя мера. Тебе все равно придется покинуть академию, если не сможешь оплатить следующий семестр.

– Спасибо, – киваю я с нескрываемым сарказмом и без приглашения занимаю стул напротив. Чем ближе к столу, тем лучше. – Интересные у вас представления о наказании.

– Не стоило плыть против течения, – качает головой Стилтон, а противная улыбка на губах становится только шире. Он напоминает до жути довольную свинью в парике. – Я предлагал тебе выбрать сторону.

Я улыбаюсь в ответ и лихорадочно думаю, как бы незаметно запихнуть ему в стол пару ярко-синих бабочек. Тогда-то у полиции сомнений точно не останется. Но едва ли ректор встанет и выйдет из кабинета, оставив меня сидеть здесь одну.

Нет, придется изворачиваться.

– Все ошибаются. Знаете, мне было сложно понять что к чему, когда меня только выписали из медкабинета. – Я опускаю взгляд и качаю головой, сминаю пальцами подол форменной темно-синей юбки и делаю вид, будто меня и впрямь мучает чувство вины. Отвратительно. – Было больно, я злилась, а кроме Рида меня никто не хотел слушать. И это его давление…

Давление его ремня на мои запястья, например. Или тяжесть его тела на моем. Ох, даже не знаю, как все это вытерпела. Приходится спешно стереть с лица ухмылку и сосредоточиться на чем-то другом. На блестящих водянистых глазах Стилтона, например. При взгляде на них пропадает всякое желание думать о властности Рида.

– Боюсь, уже слишком поздно. – Ректор поднимается на ноги и поправляет перетягивающий большой живот ремень, отходит к окну и смотрит вдаль, на простирающийся перед академией сад. – Мой отец всегда говорил: поздно бежать в сад, когда розы уже отцвели. Вот и ты прибежала слишком поздно. Я дал тебе шанс, но ты им не воспользовалась.