Книга История зимы, что окрасила снег алым, страница 156 – Марина Лаврук

Волшебная сказка со множеством приключений быстро обернулась сущим кошмаром с приступами ревности. Будучи практически запертой в чужом доме, Аи только и делала, что ждала Наото с его долгих загулов, которые порой длились неделями.

Холодность любимого постепенно стирала все самое теплое в душе Аи, заставляя бестолковое сердце биться бессмысленно. Признаться, что от любви не осталось и следа, было тяжелей, чем затащить на гору неподъемный камень. Камень, который был обидой, засевшей глубоко внутри.

Один день окончательно расставил все по местам. В тот день Аи впервые заговорила с Наото о том, что хочет все прекратить. Девушка, звонкий голос которой всегда имел вес в глазах величественного отца, была уверена, что ее избраннику хватит мужества принять ее сторону и отпустить.

Но… жуткие синяки по всему телу и кровотечение, которое едва не привело к потере ребенка, заставили Аи отбросить остатки гордости и дрожавшей рукой написать послание отцу.

Она думала, что он разорвет письмо, едва взяв в руки, но в тот же вечер на пороге клана Фурукава появился разъяренный Мудзан Маруяма. Он приказал дочери уйти в повозку, и она рванула к выходу, выслушивая проклятья от Наото, которые долетели и до слуха Мудзана, пробудив в его душе еще большую ярость.

В тот день глава клана Маруяма избил Наото Фурукава до полубессознательного состояния. Сев в повозку к дрожавшей дочери, он обнял ее за плечи. Аи отчаянно зарыдала. Мудзан болезненно закрыл глаза. Ему хотелось укрыть ее от всего, что произошло, и уничтожить каждого в этом гнилом городе.

Сейчас же Наото вновь явился перед Аи, воспользовавшись тем, что братья Маруяма отошли, а Мудзан занят с императором. Аи не была робкой, но из-за взгляда этих безумных серых глаз ее охватила такая слабость, что хотелось рухнуть на колени. А вот Мире хотелось вырвать его гнилой язык.

Наото проигнорировал Миру, словно ее не существовало, и нагло давил взглядом с высоты своего роста на Аи. Когда Мира вновь дернулась вперед, Нина широко улыбнулась, вновь покачав головой.

– Ты же знаешь, что я люблю тебя, я ошибся всего раз, этого больше не повторится. – Наото протянул ладонь к волосам Аи, как вдруг по его запястью ударила тяжелая рука Таро. Два изумрудных глаза излучали ярость.

– Девушкам не нравятся непрошеные прикосновения, – угрожающе процедил Таро.

– А может, тебе не стоит лезть не в свое дело? – Наото самодовольно хмыкнул.

– Может, мне стоит переломать тебе пальцы?

Таких людей, как Наото, объединяет одно: они сильны только с теми, кто не может дать им отпор. На самом деле их натура труслива до смерти. Поэтому сейчас, пусть Таро и был намного младше, уверенность, с которой он угрожал, заставила Наото насторожиться и неловко улыбнуться.

– Я всего лишь хочу извиниться. – Наото пытался вернуть на лицо хладнокровную маску, хотя боль в захваченном запястье это сильно усложняла.

– А я хочу, чтобы ты проваливал и больше не смел к ней приближаться.

– Везде будешь теперь с цепными псами ходить? – Наото гадко улыбнулся и растворился в толпе у трибун.

– Спасибо, – тихо прошептала Аи, поглаживая живот.

Таро затрясся, а глаза наполнились ужасом.

– Ну же! Ну! – с довольной улыбкой Нина бросилась успокаивать брата, а Мира и Шизуха окончательно растерялись, не понимая, что происходит.