Книга Самый красивый хулиган, страница 162 – К.О.В.Ш.

Настя не могла связаться с Титовым. Это невозможно. Даже думать об этом невыносимо.

Юра встал и заходил по комнате, ероша волосы, пытаясь найти какое-то объяснение тому, что он увидел. Наверняка оно есть. Простое и понятное, просто сейчас он слишком взбешен, чтобы его найти.

Завтра. Завтра он поедет в сервис и все выяснит. А потом пойдет к Насте. Завтра ее смена. Все завтра.

Юра лежал на кровати, но не мог уснуть, потому что перед глазами у него стояла сцена, которую он увидел из окна машины: Титов что-то говорит, а Настя смеется так, как никогда не смеялась над его собственными шутками.

* * *

– Сынок, ты чего не ешь? Невкусно?

– Ты же знаешь, я не люблю без сметаны, – буркнул Юра, неприязненно глядя на тарелку с сырниками.

Вообще-то мамины сырники он обожал. И со сметаной, и без, но сейчас смотрел на них и понимал, что ему кусок в горло не полезет. Желудок болезненно сжимался, а мысли то и дело возвращались к Насте и Титову. Он долго не мог уснуть, проспал до обеда, а теперь чувствовал себя разбитым и больным.

– Я же просила вчера зайти в магазин, – напомнила мама, мягко погладив его по макушке. – Я принесу варенье, хорошо?

Мать пошла в кладовку греметь банками, а Юра посмотрел на свои мелко дрожащие руки.

– Черт. – Он шумно вдохнул и обхватил ладонями кружку со свежезаваренным чаем.

Он должен взять ситуацию под контроль. Никто не должен был видеть его в таком состоянии. Он не имеет права трястись от злости из-за ублюдка Титова. Он жалкий, никчемный выродок, который не стоит того, чтобы Юра тратил на него свои бесценные нервные клетки.

Закрыв глаза, парень восстанавливал дыхание, думая только о теплой чашке, зажатой в пальцах. Дрожь понемногу унималась, акогда мама вернулась на кухню, Юра уже был в состоянии натянуть на лицо свою неизменную улыбку и сделать вид, что у него все хорошо.

– Малиновое, твое любимое.

– Мамуль, если честно, у меня жуткое похмелье, – в своей неизменной насмешливой манере признался Юра. – Вертолетило до утра, сейчас вообще аппетита нет.

– Юра! – наигранно возмутилась мама, усевшись рядом с ним за стол. – Что праздновал?

– Пятницу, – подмигнул он.

– Чаю с вареньем попей, алкоголик, – фыркнула мать. – Папа попросил тебя появиться в ресторане, хочет, чтобы ты ему помог.

– Пора отрабатывать зарплату? – хмыкнул Юра. – Заеду попозже, хорошо?

– Смотри, не забудь. – Мама посмотрела на часы и вскочила со стула. – Все, сына, сериал начинается. Покушаешь сам.

Юра тихо рассмеялся, а потом повернулся в сторону телевизора. Кухня с гостиной были соединены, так что он видел, как мама торопливо усаживается на диван и щелкает пультом. Эта картинка была так ему знакома, что на сердце сразу полегчало. Юре даже показалось, что он готов поесть.

Он воткнул вилку в сырник и откусил сразу половину. На экране телевизора кто-то выяснял отношения, мама причитала, что все плохо, а он как будто снова вернулся в детство. Кабанов перевел взгляд чуть в сторону и увидел полку почета. Точнее, полкой это было много лет назад, а сейчас это была целая этажерка, на которой родители выставляли все его грамоты, кубки и медали.

Он всегда был лидером. Всегда и во всем первый. Кружок по шахматам? Победа. Плавание? Первое место в городе. Футбол? Капитан команды. За что бы он ни брался, он становился лучшим. И в учебе, и в спорте, и даже в социальной жизни. Лучшие тусовки, самые сочные девчонки – у него было все, что он только мог пожелать.