Книга Самый красивый хулиган, страница 139 – К.О.В.Ш.

– Больная! – сплюнул тот, что в кепке, кинувшись назад в магазин.

Его товарищ в грязной жилетке тут же рванул за ним, а Эрик кинулся к машине, бросив стаканы с кофе на асфальт. Аня дрожащими руками заблокировала двери, подняла стекло, открыла бардачок и сунула в него пистолет, больно ткнув Эрика рукоятью в коленку.

– Ань, осторожнее, он же…

– Не заряжен, – бросила Плюшка, трогаясь с места. – Я же не сумасшедшая, чтобы палитьиз него.

– Ты вообще зачем его достала?!

– Папа говорит, что щелчок предохранителя заменяет сорок минут воспитательной беседы, – истерично хихикнула девушка, выезжая на трассу. – Видишь, папа плохого не посоветует. Проложи, пожалуйста, маршрут до дома.

– А это вообще законно? – зачем-то спросил Эрик, вбивая адрес.

– Травмат можно. Правда, не в бардачке, и не мне. Это мамин, – пояснила Аня. – Конечно, она должна носить его в кобуре, но… ну, короче, всем плевать.

– А я думал, у меня сумасшедшая мать, – покачал головой Эрик, закрепив телефон на держателе. – Зачем твоей пистолет?

– Папа настоял. В начале нулевых у нас в городе напали на судью, выкинули из машины и… ну, короче, нехорошая история была. Ему так спокойнее.

– Понятно. Страшно было? – спросил Эрик, заметив, как мелко дрожат руки девушки.

– Ужасно, – призналась Анька. – Хорошо, что я вообще про него вспомнила.

– И не поспоришь с тобой, – согласился Эрик. – Спасибо, Ань.

Она не успела ничего ответить, потому что посмотрела в боковое зеркало, и сердце ее ухнуло вниз. По соседней, встречной полосе, почти вровень с ними ехала темно-вишневая машина, которую Аня видела на заправке. А учитывая, что других машин там больше не было, она догадывалась, что это те самые мужики.

Эрик посмотрел на замершую Аню, а потом с ужасом увидел поравнявшуюся с ними машину и знакомую кепку. Тяжелый взгляд ее обладателя не обещал им ничего хорошего.

– Да твою ж мать!

– Эрик, что делать? – пискнула Аня, вжимаясь в сиденье и стараясь не смотреть налево. – Чего они сигналят?!

– Топи, Аня! Топи!

– Эрик, я боюсь! Я никогда больше, чем до девяноста, не разгонялась, – призналась Аня, по чуть-чуть выжимая педаль газа.

Она смотрела, как стрелка на спидометре подползает к отметке сто, потом сто пять, сто десять, сто пятнадцать. Ладони предательски потели, а руль казался тяжелым и как будто пытался вырваться у нее из рук, а она хваталась за него изо всех сил, боясь, что машина вильнет и столкнется с «Приорой», которая неприятно прижималась слева.

– Да чего он щемится? – плаксиво спросила девушка, слегка отклоняясь вправо.

– Мудак, он же нас сейчас на обочину выжмет, – процедил Эрик. – Ань, жми на газ!

«Приора» приближалась, и Плюшка, вскрикнув, дернула рулем, одновременно выжимая газ. Машина круто вильнула и вырвалась вперед, но «Приора» тутже сравнялась с ними.

– Эрик, мне страшно! Зря я…

– Ты ни в чем не виновата, им просто надо было до кого-то домотаться, – перебил ее Эрик.

Еще не хватало, чтобы Аня винила себя в чем-то. Если кто и виноват в сложившейся ситуации, то это он, потому что впутал ее в свои семейные проблемы. Она бы спала и видела третий сон, а не ехала бы по темной трассе в жопе мира.

Эрик схватил навигатор и начал искать ближайший пост ДПС, стараясь не поддаваться панике, хотя пронзительные звуки гудков слева кувалдой врезались в мозг.