Книга Чернильные цветы, страница 292 – К.О.В.Ш.

Сам Кир подошел к шкафу и осмотрел свой гардероб. Достав спортивную сумку, он стал закидывать туда футболки, трусы, джинсы, учебники, в основном по французскому, тетради, носки, кофты, спортивки и прочую дребедень. Какая радость, что ему вернули ключи и отец позволил пожить в квартире. Мать опять поджимала губы, дома был очередной скандал, Рома свалил, значит, и ему пора бежать подальше. В этот раз он планировал безвылазно жить на квартире, хотя бы недели две. Тошнило уже от причитаний матери о том, какой он псих и мерзавец.

Напоследок он решил спуститься на кухню и в подвал, чтобы прихватить что-нибудь из еды и выпивки. Но на кухне его ждала маман, которая демонстративно капала себе в кружку валидол или еще какую-то фигню.

– Нервишки шалят? – иронично спросил сын с легкой ноткой сарказма.

Обычно Кир миролюбиво относился к матери и действительно ее любил. Но за последние недели она так его достала, что сил не было молчать. Он окончательно убедился, что она безгранично любит Андрюшу и видит в нем ангела, а на него ей просто плевать. Она сидела в больнице с Андреем все время, что он был там, она мотается к нему домой и следит за его здоровьем, поучает невестку, как надо варить суп для «Андрюши» и как воспитывать дочь. Но при этом ни разу не спросила, как рука ее младшего сына, с которой только недавно сошел огромный черный синяк после удара статуэткой.

Она интересовалась ситуацией не для того, чтобы разобраться, а чтобы убедиться, что Кир плохой, а Андрюша – жертва. Можно было сказать ей правду, но она все равно не поверила бы. Кир со злостью вспомнил, как в детстве она пыталась им манипулировать, чтобы привлечь внимание отца. Как отец отправил его во Францию, потому что Марго угрожала его увезти, как они разводились, как он плакал и хотел, чтобы Рому тоже забрала Жози. Но Рома уже пошел в школу, и ему пришлось терпеть это все.

– Как ты со мной разговариваешь? – оскорбилась Марго. – И куда тысобрался на ночь глядя?

– Отец дал мне ключи и позволил пожить на квартире, – пожал плечами сын. – Можешь сказать Андрюше, что он снова может приходить на ужин.

– Кирилл! – Марго, все еще злая после ссоры с мужем, вышла из себя. – Я всегда говорила, что ты чересчур избалованный и непослушный благодаря воспитанию Жози. Но ты еще злой и агрессивный. Как так можно?!

Кир только глаза закатил. Именно. Все правда. Вот те самые слова, которые он слышит всю жизнь от матери: он – избалованный мальчишка, и надо брать пример с Андрюши.

– Вот поэтому я иду злиться в другое место, – только и сказал он, понимая, что очередной скандал и споры ни к чему.

– Завтра Восьмое марта. А вы все меня только доводите. – Она опять ударилась в слезы, которые совершенно не тронули Кира.

Он прекрасно знал, как мать умеет плакать и казаться несчастной, играя на публику. Порой он восхищался ее актерским мастерством и способностями к манипуляции.

– Я пришлю тебе цветы курьером, – жестоко сказал он и вышел из кухни.

Достало. Скандалы, психолог, мать, святой великомученик Андрюша – все достали. Пусть думают что хотят. Он попросит прощения у матери позже. Сейчас нет сил и желания. Если она считает его говном, значит, он таким и будет. Андрюша ее утешит.

Кирилл все же зашел в подвал и взял пару бутылок виски и бутылку вина, вызвал такси и уехал.