Книга Чернильные цветы, страница 285 – К.О.В.Ш.

– А мне просто тебя не хватает, – вдруг сказал Ник.

Лу обернулась к нему. Он крутил в пальцах сигарету, задумчиво ее рассматривая. Потом отложил ее в сторону и вышел из комнаты. Вернувшись с гитарой, он закурил и, зажав сигарету в зубах, начал что-то наигрывать.

Мелкая продолжала мыть посуду, чувствуя взгляд, прожигавший спину. Последние слова Ника повисли в воздухе, проводя какую-то черту. Она вдруг остроосознала, чтó именно он имел в виду. Когда у нее не осталось грязных тарелок, она стала драить плиту, потом столешницу. Наконец, когда мыть ей ничего больше не осталось, она повернулась к парню, который перебирал струны, мало заботясь о том, что пепел падает прямо на пол.

– Зачем? – спросила она, вытирая мокрые руки о домашние штаны.

– Я подумал, теперь уже можно сказать. Лу, тогда, когда ты приезжала, я говорил серьезно. Ты можешь переехать сюда к нам. Ко мне.

– Зачем?

Ник видел, как она напряглась, и на мгновение подумал, что нужно замять этот неловкий момент, сменить тему. Но потом понял, что это, может быть, последняя возможность сказать ей. Отложив гитару в сторону, он хрустнул пальцами и, откинувшись на спинку стула, посмотрел на нее из-под ресниц.

Лу курила в форточку, стоя вполоборота. Она не была невероятно красивой или какой-то неимоверно сексуальной. Она просто была такой, какой хотела быть. И ему это нравилось. Даже больше – он любил ее за это. Шумно выдыхая дым, она избегала смотреть на него, пряча взгляд. Наконец она вышвырнула окурок в окно и ушла, оставив Ника в одиночестве.

Он предвидел подобную реакцию, поэтому не пошел за ней, не стал ничего говорить. Он понимал, ей нужно время переварить его слова. В этом была вся Лу. Стремительная и резкая, она пугалась перемен, прячась в себя, как моллюск в раковину.

Снова взяв в руки гитару, он стал тихо наигрывать новую песню, пытаясь подобрать слова. Но у него ничего не получалось, потому что перед его мысленным взором была кроха.

* * *

Лу проснулась от мягких прикосновений к плечу. Приоткрыв глаза, она увидела, как длинные пальцы Ника скользят по ее коже. Он лежал на боку, подперев рукой подбородок, и смотрел на нее из-под ресниц как-то задумчиво и странно, продолжая касаться ее легко, почти невесомо.

– Ты чего тут делаешь? – тихо спросила Лу, повернувшись на бок, чтобы быть с ним лицом к лицу. Она удивилась, потому что предполагалось, что Ник будет спать на диване, как и до этого.

– У меня бессонница. Я хотел тебя разбудить, – просто сказал музыкант, касаясь кончиками пальцев ее лица. – Но ты так мило спала, что я передумал.

– И все равно разбудил, – закатила глаза Лу. – Вали к себе на диван и дай мне поспать, – потребовала она, натягивая одеяло повыше и поворачиваясь на другой бок.

Ей отчего-то сталостыдно. Она раньше часто бегала перед Ником в спальных шортиках и маечке, но сейчас ей почему-то стало не по себе. Это было как-то совсем неправильно, хотя она и не знала почему. Да и не хотела знать. Ему просто нужно было вернуться на свой чертов диван.

– Я хочу остаться, – вдруг сказал Ник, поднимая край одеяла и забираясь к ней. – Можно?

– Нет, – категорично сказала Лу, пытаясь отползти от него, но Ник закинул на нее ногу, не оставляя ей шанса на побег. – Вали на диван! Что за выходки? – возмутилась Лу, ощутив прикосновение горячих губ за ухом.