Книга Чернильные цветы, страница 257 – К.О.В.Ш.

– Увидимся послезавтра! – весело замахал рукой Артем.

Лу вспомнилось, как Рома высаживал ее у дома и ждал, пока она зайдет в подъезд. Она часто загадывала, что если обернется, а он смотрит, значит, любит. Она каждый раз оглядывалась перед тем, как зайти в подъезд, и он всегда махал ей на прощанье. От этого воспоминания внутри все сжалось, причиняя какую-то неимоверную боль, с которой она не могла справиться. Мысли о Роме преследовали ее, настигая в самый неожиданный момент.

Уже поздно вечером, лежа в постели и слушая музыку, она получила сообщение в групповой чат «Тусэ в честь помолвки», который создалаМаринка. Быстро просмотрев список участников беседы, она ожидаемо обнаружила там Роксу, Кира, Колю, Усача, каких-то незнакомых людей и Рому.

Она хотела пойти и обсудить это с Роксаной, но потом передумала. Она совсем плохо спала в последнее время и выглядела вялой и уставшей. Нечего было ее дергать. Если бы не спала, сама бы вышла. Тем более Лу должна была сама все обдумать.

Не пойти – значит, обидеть ребят. Пойти – встретиться с Ромой и растревожить еще не зажившие раны. Ее татуировка уже зажила, а вот внутри все продолжало болезненно сжиматься от воспоминаний о нем. Как бы ни старалась она принять произошедшее и двигаться дальше, у нее ни хрена не получалось. Она старалась скрыть это от Роксаны, улыбаясь и готовя в неимоверных количествах, она весело трепалась с клиентами, шутила с Артемом, старалась быть собранной и дружелюбной в школе, но стоило остаться наедине с собой, как все начиналось снова.

Можно было врать окружающим, делая вид, что у нее все в порядке, но себе врать невозможно. Она сходила с ума от тоски. Полистав трек-лист, Лу включила песню, которую недавно услышала у Артема.

* * *

Роксана скептически смотрела на чизкейк, который Лу вытащила из холодильника. Она наблюдала, как мелкая тщательно разрезает его на куски и раскладывает на тарелки. Потом она стала неспешно разливать по чашкам кофе и зачем-то налила молоко в молочник. Все это время она ощущала на себе пристальный взгляд старшей.

– Ну, что? – не выдержала она наконец, с грохотом опуская турку в раковину.

– Лу, у меня скоро начнется диатез. Или диабет. Нет, ты, конечно, бомбически готовишь тортики, но я уже набрала килограмм, – посетовала Рокса, ковырнув вилкой десерт. – Скоро не влезу в штаны.

– Ты пойдешь на вечеринку у Стаса и Марины? – невпопад спросила мелкая, делая глоток кофе. – Я вот думаю, может, принести им «Наполеон»?

– Господи, может, тебе уже магазин открыть? Я не могу есть столько сладкого, – возмутилась Роксана.

Ее раздражала отстраненная задумчивость, которая все чаще охватывала сестру в последнее время. Хотелось уже высказать все, что она думает по этому поводу, но, увидев лицо Лу, она сразу же успокоилась.

– Малыш, иди сюда, – Рокса похлопала рукой по коленям. – Давай, забирайся.

Лупотопталась на месте, а потом все-таки забралась к ней на колени и обхватила руками за шею. Уткнувшись носом куда-то ей в плечо, она пробормотала что-то неразборчивое, но Рокса и так понимала, в чем дело.

– Ты чего? Если не хочешь, не ходи, – сказала она, погладив сестру по спине. – И готовь свои сладости сколько хочешь. Подумаешь, мое ожирение против твоего душевного спокойствия. Тьфу, – насмешливо сказала она.