Книга Чернильные цветы, страница 124 – К.О.В.Ш.

Как будто у них было что красть. Из действительно ценных вещей – кое-какая бытовая техника, ноут, тату-машинка. Вот вроде и все. Ценных украшений у них не было. У Роксаны были гвоздики с жемчугом, но она носила их не снимая. Все сережки Лу были у нее в ушах – серебряные колечки, подаренные Ником. Браслет – подарок Ромы – она тоже носила, почти не снимая. На остальное уважающий себя домушник бы не позарился. Как и на ее коллекцию клетчатых рубашек и прочего барахла из секондов.

Сама их облезлая дверь говорила о том, что ловить тут нечего. Так что Роксана зря возводила на нее напраслину.

– О чем бы ты ни думала, нечего быть такой самодовольной, – отрезала старшая, закончив трапезу. – И, да, ты была права. Вкусно.

– Еще бы, рецепт от бабули, – фыркнула Лу, забирая тарелку, чтобы помыть. – Ну, как все прошло?

– Дерьмово, – сказала блондинка, закуривая. – Я просто чувствовала их неодобрение.

Неодобрение – мягко сказано. Рокса поежилась, вспоминая, как выступала перед мамашами, которые смотрели на нее, как на врага народа. Пока она докладывала об успехах или неудачах их детей, они сверлили ее взглядами, рассматривая, шушукаясь между собой. Такого неуважения Роксана никак не ожидала и даже начала понимать, почему Галина такая сатана. Вот на нее никто не посмел глянуть не тем взглядом. Перед ней заискивали, разговаривали очень вежливо, в то время как с ней общались с открытым пренебрежением.

Роксана пожаловалась Лу, как одна из мамаш высказала теорию о том, что она слишком молодая и неопытная, чтобы готовить детей к ЕГЭ. Высказала осторожно, но Рокса заметила, как оживились остальные.

– Вот папаши – просто прелесть. Млели и кивали, – подвела итог она. – А бабы – стервы.

– Не сомневалась в этом, – хихикнула мелкая. – Просто они завидуют. А мужики радуются, когда с хорошенькими девушками общаются.

– Я – педагог, бесполое существо, – вяло заспорила Рокса.

– Не думаю, что они считают так же, – покачала головой сестра. – Да забей ты на них. Учишь и учи.

– Ты права.

Нужно было просто в очередной раз проглотить неприятную ситуацию. Сделать вид, что она ничего не замечает, и просто делать свое дело. В конце концов, не выпрут же ее за то, что она молодая? Главное, выдержать этот год. В Москве всем плевать, кто ты, что ты, делаешь хорошо – и на том спасибо. А в их городке кумушки не упустят шанса посудачить. Не так уж и много тут развлечений для них. И пускай.

Роксана еще немного посидела с Лу на кухне, а потом поплелась к себе. Ей нужно было подготовиться к занятиям и отправить Андрееву тесты, чтобы начать составлять программу подготовки.

– Не было печали, как говорится.

* * *

Не успела Роксана собрать сумку после конца занятий, как к ней в кабинет влетела Галина.

– Роксаночка, вас Виктор Михайлович вызывает, – сообщила она, отчего-то покрывшись красными пятнами. – Дело срочное.

– Хорошо, иду.

Роксане стало не по себе. Она не боялась директора, который был премилым, добродушным дядькой лет пятидесяти. Ее напугало лицо Галины, не предвещавшее ничего хорошего. Нарочито громко цокая каблуками, она чеканила шаги, оттягивая время. Вдох-выдох, вдох-выдох. Она вода, чистая, прозрачная, ее не удержать, ее не подавить. Все будет хорошо. Ей нечего бояться. Она сильная, несгибаемая,стойкая. Ее не запугать.