Книга Дьявол предпочитает правду, страница 204 – К.О.В.Ш.

Проснувшись, Дан с удивлением обнаружил, что Полины нет в постели. Впервые за все то время, что они жили вместе, она проснулась раньше, чем он, и это было поразительно. Обычно он будил ее, и они вместе проходили все три стадии ее пробуждения: «ну, пожалуйста, еще две минуточки, я уже встаю», «я уже не сплю, сделай мне кофе» и «я встала, и я тебя ненавижу». Дан давно к этому привык и относился с юмором, но это утро выбило его из колеи – привычная система дала сбой.

Несколько секунд ему понадобилось, чтобы вспомнить, что сегодня большой день. А точнее, большая грузинская свадьба Макса и Светы. Конечно, что еще могло вытащить Полину из кровати в шесть утра в субботу, кроме перспективы быть подружкой невесты в шикарном серебристо-сером платье?

– Доброе утро, красавчик, – пропела Полина, едва ли не выпрыгивая из ванной в одном полотенце и прекрасном настроении. – Приготовь завтрак, я ничего не успеваю.

– Нам выходить в девять, сейчас шесть, – проворчал Дан, зевая. – Что ты можешь не успеть?

– Мне, в отличие от тебя, чтобы стать красивой, нужно время, – пожаловалась девушка, включая кофемашину.

Дан не стал вступать в полемику и объяснять, что, на его взгляд, она прекрасна, даже когда пускает слюни во сне и храпит. Или когда ест лапшу из коробочки прямо на кровати, капая соусом на его домашние штаны. Да и вообще всегда.

Вместо этого он скрылся в душе, пытаясь проснуться и тихо радуясь тому, что свадебная кутерьма сегодня закончится. Последние три месяца Света и Полина пребывали в свадебной лихорадке, и ему тоже досталось. В этом великолепном трио Света отвечала за истерики и капризы, Полина за организацию, а он за валерьянку для обеих. Его уже подташнивало от вида свадебных салонов и пухлого ежедневника, в котором Поля расписала все до мелочей. А еще он начинал потихоньку ненавидеть белый цвет.

Спустя примерно полтора часа ситуация накалилась почти до предела. Полина прыгала по комнате, разбрасывая повсюду кисточки, косметику и расчески, хваталась то за одно, то за другое и постоянно приговаривала: «Опаздываем, мы ужасно опаздываем».

В конце концов Дан просто сгреб ее в охапку и усадил за стол, всунув ей в одну руку чашку кофе, а в другую ложку.

– Перестань носиться и причитать, как кролик из «Алисы в стране чудес», и поешь, – мягко попросилон, мимолетно целуя ее обнаженное плечо.

– Я так волнуюсь, что мне кусок в горло не полезет, – возмутилась Полина, поливая овсянку вареньем. – Как можно думать о еде, когда тут целая свадьба на носу? – пробормотала она, параллельно жуя кашу.

– Действительно, – хмыкнул Дан, отточенными движениями завязывая бабочку. – Пообещай, что на нашей свадьбе не будет двести человек гостей, – попросил он.

Полина закашлялась, подавившись кашей, но он не обратил на это внимания, застегивая запонки.

– Я бы предпочел расписаться вдвоем. Где-нибудь на берегу океана. Ты в легком белом платье, а я выберу какой-нибудь потрясающий льняной костюм. А может, даже соглашусь на пляжные шорты, – весело подмигнул он.

– Ты серьезно? – наконец выдавила Полина.

– Если ты очень хочешь, можно устроить небольшое торжество только для самых близких, – не стал спорить Дан.

– Я не про гостей! – отмахнулась Поля, едва не расплескав кофе на его новый костюм. – Ты правда думаешь о свадьбе? – пораженно спросила она.

– Сложно было не думать об этом последнюю пару месяцев, – улыбнулся Дан, который уже решил, что свадьба будет в июле следующего года. Он даже запланировал себе целый месяц отпуска.

– Поженимся, прям как нормальные люди? – недоверчиво спросила Полина. – Ты и я?

Дан усмехнулся и не стал ничего отвечать. Только бросил мимолетный взгляд на портфель, где лежала коробочка с кольцом, которое он собирался вручить ей сразу, как молодожены уедут в путешествие. Макс предлагал ему сделать предложение в конце их свадьбы после букета и подвязки, но Дан отказался.

Он хотел, чтобы этот момент, как и многие другие, остался только между ними двумя.

– Дан, ты чего уставился на свою сумку? Забыл что-то? – подозрительно спросила Полина.

– Нет. А вот ты уже опаздываешь, – напомнил он, пряча от нее улыбку.

– Черт!