Книга В плену синих роз, страница 148 – К.О.В.Ш.

– Безликий, – позвал он перед тем, как уйти. – Почему ты решил сделать его демоном?

– Я увидел в нем свое отражение, – улыбнулся Безликий. – Дух, который отказывался сдаваться, несмотря ни на что. Я буду по нему скучать и обязательно отомщу всем причастным к его гибели.

– Я присоединюсь к мести, а пока… мне нужно уйти, – Лис принялся чертить круг для портала. – Присмотри за Лотос, наверняка она совсем скоро переродится в озере и будет слабой. Ты ей нужен.

– Да, – кивнул Безликий.

– Кстати, – Лис уже вошел в портал и стал исчезать, но успел указать пальцем в сторону куста с бледно-розовыми розами. – Один цветок пропал. Она все-таки украла его.

Безликий вздохнул, принимая поражение. А Лис исчез.

Месяц спустя

Безликий нетерпеливо мерил шагами свои сады, не зная, чем себя занять, чтобы не сойти с ума от нарастающей тревоги. Он то телепортировался к озеру забвения и высматривал там Лотос, то возвращался в замок, думая, что она перенесется сразу сюда после перерождения.

Ожидание выматывало. Этот месяц дался ему тяжелее, чем десять лет в геенне.

Подчиненные Лотос перешли к нему на время ее отсутствия, но он отправил их всех в цветочную крепость на случай, если Лотос вернется туда. А еще его раздражало то, как старательно они избегали смотреть в его лицо. Да и его подчиненным было явно не по себе.

Безликий не осуждал – он и сам никак не мог смириться с тем, что маски больше нет. Его раздражало то, что он стал главной сплетней преисподней и о его глазах судачат все – от аристократов до мелких бесов.

Блэйз и тот уже дважды приходил к нему под предлогом узнать о бойне в предгорье геенны, а на самом деле рассматривал его глаза. Кирино тоже явился, чтобы сказать, что планирует созвать собрание. Безликий напомнил, что половина аристократов перерождается в геенне, и король преисподней тут же сказал, что собрание будет позже. На вопрос, с чего он решил лично известить Безликого о своих намерениях, Кирино не ответил, опасливо глядя в тьму в его правом глазу.

Безликий пытался разузнать, что стало с Ферайей, но даже ее слуги не понимали, сгинула она в геенне или все-таки отправилась в озеро забвения. Безликий надеялся, что жаба переродится – ему не терпелось поквитаться с ней за смерть Теона, Райху и Игги. Он не снесет ей голову сразу, нет, он придумает что-то мучительное, чтобы она сполна заплатила за все.

Внутри запекло от ярости. Теон. Его лучший ученик, его лучший демон и соратник. Он мог избежать гибели, только вот Теон никогда не бежал от боя. Он летел в объятия битвы, танцуя со смертью как безумец, и всегда был готов выйти против любого соперника. Совсем как сам Безликий.

Безликий вдругподумал, что благодаря Лотос и Теону стал относиться к смертным более уважительно. Лотос всегда питала к ним слабость, – прикрываясь балансом и правилами хаоса, она всегда пыталась защитить глупых людишек. Но если в мире смертных есть такие души, как Теон, то Лотос права. Людьми стоит восхищаться. Есть в них что-то такое, чего нет у сильнейших порождений преисподней. Не хаос возвысил Теона, нет. Душа Теона не изменилась под воздействием хаоса, наоборот, стала еще ярче. И тем горестнее, что его больше нет.