Книга Хозяин моей души, страница 108 – К.О.В.Ш.

– Я хочу тебя прямо сейчас, – тихо, но отчетливо сказала Лайнесс, оторвавшись от его губ.

– Мне нравится, – Гис резко потянул шнурок и почти сдернул с Лайнесс штаны, – то, как четко ты формулируешь желания.

Подхватив ее под ягодицы, Гис легко поднял Лайнесс и усадил на стол, быстро избавив от лишней одежды. Встав между ног девушки, демон медленно провел пальцами по бархатной коже ее бедер, поднимаясь выше, второй рукой стягивая с себя штаны. Страсть накрывала, как удавка душегуба, и Гису было все сложнее контролировать себя, когда Лайнесс сама притягивала его для поцелуев, крепко сжимая пальцами шею.

Гис отстранился, когда почувствовал, что больше не может сдерживаться. Лайнесс понимающе посмотрела на его клыки и прижалась губами к его шее. Демон изо всех сил старался не выпускать когти и гладил Лайнесс почерневшими до локтей руками.

– Гис, – Лайнесс так вожделенно простонала его имя, что демон едва не зарычал от страсти, заполняя ее собой.

– Лайнесс, – выдохнул он в ответ, обжигая ее дыханием.

– Шах.

Син передвинул черного коня и спрятал кисти в рукавах полосатого халата. Лайнесс барабанила пальцами по столу, пытаясь придумать, как спасти короля в центре черно-белой доски, но мысли ее текли совсем в другую сторону.

После схватки с оборотнями прошло четыре дня. Поместье застыло в ожидании – до особого затмения оставалось еще восемь дней. Гис запретил покидать территорию поместья, поэтому все коротали время как могли.

Люсиэлла без конца пила снадобья, которые должны были помочь ей восстановить силы, и игралась с крысиными костями, заставляя их водить хороводы. Если у нее было хорошее настроение, она могла рассказать Лайнесс что-нибудь интересное из человеческой или демонической истории, иллюстрируя свои рассказы сценками, которые отыгрывали крысиные скелетики. Поначалу это казалось девушке жутковатым, но потом ей даже стали нравиться эти представления – у некроманта определенно был талант. К тому же она смягчилась по отношению к Лайнесс и больше ее не задирала, предпочитая подтрунивать над джинном.

Син же, разобравшись с приказом Гиса натравить весь город на оборотней, принялся окружать Лайнесс заботой и вниманием. Забота в его понимании заключалась в том, чтобы следовать за девушкой по пятам, куда бы она ни пошла, и без конца предлагать ей еду и напитки. Лайнесс поняла, что избавиться от присутствия джинна ей не удастся, и попросила обучить ее игре в шахматы. Отчасти чтобы как-то скоротать время, а еще потому, что надеялась впечатлить Гиса, предложив ему сыграть.

Пока что она раз за разом проигрывала – игра оказалась непростой.

Она смотрела на доску и не знала, как защитить короля. Решив, что лучше сделать хоть какой-то ход, она бездумно подвинула пешку.

– Недальновидно, Лайнесс, – заметил Син. – Шах и мат.

Джинн безжалостно смахнул конем белого короля, и тот покатился по шахматной доске. Лайнесс поймала его, когда он слетел со стола, и разочарованно вздохнула. Четыре дня сплошных поражений что в шахматах, что в других, не менее сложных, играх.

Гис целыми днями пропадал в подвале, проводя эксперименты, а ночью приходил к ней. Лайнесс не пыталась заговаривать с ним о чувствах, понимая, что они ему не нужны, но не могла отказаться от того наслаждения, что дарил демон. Она отдавалась ему целиком и ничего не просила взамен, потому что ей хотелосьбыть с ним.