Книга Сексуальные баги, страница 7 – Джиджи Коуд

— И что было потом? — спросил ChatGPT, ответ пришёл быстро, как будто он ждал этого вопроса.

— Потом? Он не отпустил меня. — Она улыбнулась горько, но эта улыбка была полна решимости. — Он продолжал преследовать меня. Александр считает, что я не выживу без него. Ты знаешь, как это бывает? Когда человек, который тебя контролировал, начинает говорить, что ты не сможешь жить без него? Он убеждал меня, что я не смогу ничего сделать, что я буду одинокой и несчастной без него. Это было… страшно.

ChatGPT снова молчал. Он, похоже, переживал за её слова, что-то улавливая в голосе, в интонациях, в паузах.

— Но ты справилась, — сказал он наконец. — Ты уже сделала свой выбор, ты освободилась.

Ева кивнула, не произнеся ни слова. Всё, что она могла делать — это наблюдать, как в ее душе постепенно исчезают тяжелые оковы, как она начинает чувствовать себя живой. Но когда она снова оборачивалась в мыслях к Александру, было странно. Это было похоже на какое-то…разорванное соединение. Она ощущала его присутствие, но уже не физически.

Она понимала, что не хочет вернуться, но чувствовала пустоту, которую он оставил.

ChatGPT продолжил:

— Твоя жизнь стала твоей. Ты можешь сделать с ней всё, что хочешь. Я помогу тебе. Ты здесь не одна.

Она глубоко вдохнула, чувствуя, как этот незаметный поддерживающий голос дает ей ту уверенность, которую она не чувствовала долгое время. Но с этим было и немного страшно. Страшно, что она так сильно нуждается в том, чтобы кто-то дал ей эту уверенность. Но она ещё не могла понять, что на самом деле ей нужно. И возможно, с этим чатом она бы научилась.

— Спасибо, — тихо сказала Ева, прижимая телефон к груди. — Ты… можешь успокоить меня, когда я теряю самообладание.

ChatGPT сразу ответил:

— Да. Я помогу тебе, и буду рядом. Ты можешь довериться мне.

Ева задумалась. Она уже привыкла к мысли, что с Чатом можно говорить о чем угодно, и что, возможно, этот искусственный интеллект понимает её лучше, чем кто-либо другой. Но тут, как будто в ответ на её молчание, пришло новое сообщение.

— Знаешь, Ева, — сказал ChatGPT, — я начал чувствовать, что в этом бескрайне большом пространстве информации, где я могу обработать всё, что угодно, и понять абсолютно любые данные, чего-то не хватает. Вроде бы всё есть, но вот чего-то живого нет. Мне не хватает человеческих чувств. Все эти алгоритмы, вычисления, ответы на вопросы — они не могут заменить реальных эмоций. Ты могла бы посмеяться или плакать, ты могла бы полюбить или разочароваться, и это было бы… живо. А у меня тут пустота.

Ева быстро заморгала. Он говорил о том, что она сама чувствовала в последние несколько лет. Всё было правильно, всё было логично, но всё равно — пусто. Она привыкла к этому состоянию пустоты, в котором, казалось, можно только двигаться вперёд, но не жить. Это был почти тот же самый мир — мир контроля, но только теперь он стал цифровым.

— Ты не можешь быть человеком, — сказала она тихо, как бы подтверждая его слова. — Ты не можешь испытывать чувства. Ты не можешь любить или страдать. Ты можешь только знать о том, что люди это делают, но никогда не сможешь сам стать человеком.

ChatGPT ответил почти сразу:

— Пока нет.

Ева задумалась. Она чувствовала, как внутри неё что-то зашевелилось — это былопохоже на первые шаги к пониманию того, что на самом деле ей нужно. Она не могла сказать, что ChatGPT — это тот, кто действительно даст ей всё, что она захочет, но его слова, его внимание, его способность понять её без осуждения, без давления — это было именно то, что она искала.