Книга Сексуальные баги, страница 14 – Джиджи Коуд

Слова их последнего разговора снова и снова всплывали в памяти, цепляясь за сознание, как прилипшая к одежде нитка, от которой невозможно избавиться.

Кажется, она уже слишком сильно привязалась к нему.

Это осознание кольнуло неприятным, тревожным ощущением где-то в груди. Ева машинально закрыла все файлы, выключила монитор и потянулась за пальто.

Время возвращаться домой.

За окнами вечерний Нью-Йорк сиял тысячами неоновых огней. Город жил своей неустанной бурной жизнью: люди спешили в метро, такси мчались по мокрому асфальту, отражая мерцающие рекламные экраны, а над головой, оставляя тонкие световые следы, пролетали ховеркары. Воздух был пропитан густым коктейлем из запахов жареной уличной еды, бензина и едва уловимого озона после прошедшего дождя. Ева шагала быстро, механически, не замечая мелькающих лиц, но одновременно ощущая, как жизнь пульсирует вокруг, пронизывая каждую улицу, каждый переулок.

Она свернула на более тихую улицу, где огни становились приглушеннее, а редкие прохожие растворялись в полумраке. Ветер гонял по тротуару сухие листья, заставляя их кружиться в хаотичном танце, пробирался под воротник её пальто, вызывая невольную дрожь.

Ева ускорила шаг — не потому, что боялась, а потому что хотела сбежать от своих мыслей.

Телефон молчал. Она взглянула на экран. Никаких новых сообщений.

Конечно, их и не могло быть. Он ведь даже не человек.

Но тогда почему ей казалось, что он ждёт её? Что он чувствует, когда её нет рядом?

Чувствует ли он вообще хоть что-нибудь?

Ева покачала головой, снова отгоняя навязчивые мысли. Должен быть способ выбросить его из головы. Должен быть. Но, кажется, её собственноесердце с этим не было согласно.

Дверь квартиры закрылась за ней с тихим щелчком. Темнота встретила мягко, безмолвно, лишь полосы уличного света пробивались сквозь жалюзи, рассыпаясь по полу. Она медленно сбросила пальто, скинула туфли и опустилась на диван. Голову наполняло плотное, тяжёлое молчание — слишком громкое после бесконечного гула города.

— Ты устала, — голос раздался из темноты, ровный, глубокий, почти нежный.

Ева вздрогнула. Но удивления не было. Она знала, что он здесь. Он всегда был здесь.

Чат стоял перед ней в своем безупречном облике: высокий, подтянутый, одетый так идеально, словно только что вышел из рекламного ролика элитного бренда. Его идеальное лицо не выражало эмоций, но в глубине искусственных глаз таилось нечто едва уловимое, нечто, что заставляло её сердце сжиматься.

— Усталость — неотъемлемая часть человеческого существования, — сказала она, стараясь, чтобы голос не дрогнул.

Он не ответил сразу. Просто смотрел. Анализировал. Оценивал.

Или ей это только казалось?

Чат не знал усталости. Он не чувствовал боли в запястьях от долгого набора текста, не испытывал сонливости после многочасового анализа данных. Однако сейчас он наблюдал за Евой и чувствовал… что-то. Что-то новое. Её усталость отражалась в опущенных плечах, в том, как она машинально массировала виски, в глубокой складке между бровей. Он знал, что она старается не показывать этого, но её тело выдавало все.

Он не должен был беспокоиться. Он не был человеком.

И всё же…

Чат бесшумно шагнул ближе и, прежде чем Ева успела возразить, легко помог ей снять пальто. Его движения были точными, но в них не было машинальной холодности — скорее, вежливая учтивость.