Книга Любимая землянка адмирала, страница 6 – Юлия Стрельцова

И тут его ноздри расширяются. Широкая мускулистая грудь поднимается, виллар делает глубокий вдох.

Несколько очень глубоких вдохов.

— Ты, — он делает паузу, — так пахнешь.

Я, не подавая вида, усиленно принюхиваюсь к запаху собственного тела. Это он только что культурно намекнул на то, что я как раз таки не пахну, а воняю?

Быть не может. Я приняла душ за час до вылета, сам полет занял от силы часа два. Потом я отрубилась от нехватки кислорода.

Не могла же я так капитально пропотеть, чтобы это чувствовалосьна расстоянии двух метров?

— Я не пахну, — заступаюсь за себя.

— Пахнешь, — с хрипотцой в голосе произносит он и медленно произносит. — Еще как пахнешь.

А затем поворачивается ко мне спиной. Правильнее сказать: отворачивается.

Я вылезаю из биокапсулы и касаюсь стопами холодного пола медпункта космического корабля вилларов. Меня сразу же насквозь пробирает исходящая от этого венца технологии вибрация.

Делаю пару шагов к инопланетянину и касаюсь его плеча, случайно задевая пальцем прохладный металлический диск, прилепленный к форме.

Одно невинное прикосновение, взывающее к тому, чтобы он повернулся ко мне лицом, заканчивается тем, что одежда на нем начинает таять в буквальном смысле слова.

Кто забыл, чем дело обернулось, когда Астра коснулась плеча Кассиуса, советую вернуться в 1-ую главу…

Виллар, словно первобытный мужчина, а не образец самой продвинутой на земле расы, так и стоит передо мной ни капли не стесняясь сложившейся ситуации.

А я…

Обдуваю пылающие щеки и краем глаза прослеживаю обстановку. Может, хоть прикроется чем-то? Или оденется?

— Землянка, — его дыхание касается моей щеки.

Так уже лучше. Он все еще голый, но хотя бы присел, и теперь наши лица на одном уровне.

Робко поворачиваюсь.

Хм. А ведь лучше не стало. Виллар, или, вернее сказать, Кассиус, красивый мужчина. И довольно молодой для своего титула. По суровому лицу вполне можно предположить, что за плечами у него далеко не одна военная миссия.

— Я предполагаю, что ты шпионка, — точно, строго и четко произносит он мне прямо в лицо.

На твердых губах не тени улыбки. В космических глазах сталь и лед.

Зато я начинаю нервно хихикать. Наверняка это защитный механизм, чтобы не заорать от ужаса и не бросится в бег.

Но тогда он только укрепится в своем убеждении насчет меня. А этого допустить я не могу.

— Я не шпионка, — вкладываю в эти слова всю твердость, на которую способна.

— Докажи, — когда он окидывает меня очередным взглядом, на его мощной шее дергается кадык.

Я сейчас в обморок упаду под его напором, под давлением его внутренней силы. Этот как допрос спецслужбы, с одной только разницей. Все намного хуже, блин!

— Не знаю, как дела обстоят в обществе вилларов, но в обществе людей существует такая вещь, как презумпция невиновности, — говорю первое, что вспомнилось, чтобы хоть как-то защититься. — Чтобы обвинять меня в чем-то, у тебя должны быть железобетонные доказательства. Но у тебя их совершенно точно нет, потому что ты нашел меня в космосе случайно, с арендованной посудине, за что тебе огромное, — выделяю это слово, — душевное спасибо.

Сумбурный, произнесенный со скоростью сто слов в секунду монолог не производит на Кассиуса никакого эффекта. Меня даже посещает мысль, что он наверняка мастер допросов, ведь он даже молчит так, что мне хочется сознаться во всех смертных грехах.