Книга Железная роза, страница 115 – Мария Хомутовская

Как и в больнице, ее движения были четкими, а ум – кристально ясен. Казалось, она продумала все заранее, хотя это было не так.

То, что искала, она обнаружила почти сразу: оружие Алекс хранил в ящиках стола. Взяв два пистолета, Розалин была несказанно рада тому, что Алекс еще летом показал ей и Лиз, как обращаться с ними. Она тогда неплохо пристрелялась. В шкафу она нашла висящую на крючке ленту патронов.

Прихватив все это, она прошла в свою комнату.

Костюм для занятий борьбой показался ей лучшим нарядом для визита в участок. Он был сшит по образцу ее формы для фехтования: темные облегающие брюки и рубашка с высоким воротом. Поверх она набросила ленту с патронами, а затем – пальто и шляпку. Во внутренний карман влез только один пистолет, пришлось взять у Алекса еще и кобуру. Напоследок Розалин сунула в сапог скальпель, принесенный из больницы.

Самым сложным было незаметно покинуть дом. Скрипучая входная дверь грозила разбудить даже Джона, спящего под действием живой воды. Но Розалин нашла решение: вышла через черный ход. Аккуратно обойдя дом, онаминовала калитку и двинулась по пустынной ночной улице.

***

Шел снег. На многих домах висели рождественские венки и разноцветные гирлянды, которые сейчас казались Розалин насмешкой. Сыплющаяся с неба сахарная пудра запорошила нависающие над дорогой деревья, словно и они, и ночная улица, и сама Розалин были праздничным кексом. Вспомнилось прошлое Рождество с папой и Лиз в их доме в Ньювасле, и сердце тихонько заныло. Только бы оно не было последним!

Ее ботинки оставляли следы на выбеленном тротуаре. Розалин сперва подумала, что так легко будет понять, откуда она пришла, но потом увидела, что их быстро заносит снегом.

Чем ближе она подходила к полицейскому участку, тем сильнее натягивалась внутри невидимая струна. Было бы ложью сказать, что Розалин не боялась. У нее перехватывало дыхание, а ладони потели так сильно, что она потихоньку вытирала их о подкладку пальто. Страх вибрировал в каждой клеточке тела, но был не в силах ее остановить.

Розалин знала, что спасет Алекса. Живым или мертвым, она его вытащит. Это было так же непреложно, как дезинфекция инструментов перед операцией; как то, что после ночи наступит утро; как мощь падающей со скалы воды. И это знание гнало ее вперед.

А если она не справится, то останется там вместе с ним.

Здание полицейского участка очень походило на ее больницу. Те же окна с белыми наличниками, та же кирпичная кладка, даже вход в белом обрамлении напоминал больничный, но имелись и отличия: кирпичи первого этажа были выкрашены синей краской, а над входом вместо многозначительных цитат на латыни висел синий фонарь. Сжав в кармане пальто рукоятку пистолета, Розалин толкнула дверь и вошла внутрь.

В просторном зале горела только одна лампа: на письменном столе у самого входа. За столом, положив голову на руки, дремал молоденький полицейский с кудрявым чубом волос. У Розалин внутри что-то кольнуло: он жутко напомнил ей медсестру на посту в больнице.

В полумраке скрывалось еще несколько столов, шкафы с документами, а в дальнем конце помещения – тяжелая железная дверь.

Миновав дежурного, Розалин направилась прямо к ней. Скорее всего арестантов держат там. Возле двери стоял пустой стул. Вероятно, здесь должен быть охранник. Почему его нет?