Книга Медный всадник, страница 82 – Мария Хомутовская

Девушка печально улыбнулась.

– Я поняла, всё из-за его побега. Мне уже звонили с утра, обещали кого-то прислать.

Я закусила губу. Если она раскусит, что мы не полицейские, то нам крышка.

– Хорошо, – поспешил сказать Паша, и мы уселись с двух сторон от Ани. – Итак, какие же у вас были отношения?

Она чуть пожала плечами.

– Никаких. Я выбрала дело Романа для своей курсовой работы, потому что хотела понять, как он мог совершить то, что совершил. Но с каждым посещением я всё больше убеждалась, что он не убийца. К сожалению, без диплома я не имею права давать психологическое заключение, которое приняли бы в суде, и у меня нет вещественных доказательств его невиновности. Ему так и не удалось вспомнить, что он делал на местах преступлений.

Она умолкла и задумчиво уставилась на свои руки. Но я чувствовала, что она чего-то недоговаривает.

– Мы беседовали с Романом, – продолжал Паша. – И у нас сложилось впечатление, что он питает к вам романтические чувства. Они были взаимны?

Аня поглядела перед собой и улыбнулась.

– Он признался мне не так давно. Он милый.

Улыбка её угасла, и она снова взглянула на нас.

– Но если вы думаете, что я могла завести с ним интрижку, то это невозможно! – В её тонком голосе прорезалась сталь. – Он был объектом моего исследования! Никакие личные симпатии здесь недопустимы! Я работала с ним как психолог и не позволяла себе выходить за рамки профессионального общения. Когда он признался, я дала ему понять, что между нами ничего быть не может. Вы легко можете увидеть это на записях наших бесед.

Паша не стал комментировать её слова о записях.

– Как он на это отреагировал?

– Расстроился, конечно. Но он понял.

– Он не проявлял агрессию в этот момент?

Аня изящно откинула с плеча белёсую прядь.

– Вы должны быть в курсе: тепрепараты, которые блокируют магию у заключённых, снижают и агрессию. Роман выглядел подавленным и апатичным, он не был способен на яркое проявление чувств.

– Допустим. – Паша что-то записал себе в телефон. – И сейчас вы не знаете, где он?

Аня вскинула на него глаза.

– Разумеется, не знаю! Я понимаю, что его влюблённость компрометирует меня, но мне ничего не известно о его планах!

– И он не приходил к вам?

В её глазах застыл откровенный ужас.

– Я бы вызвала полицию! Это… Вы думаете, что он может прийти?

Она дёрнулась, будто хотела вскочить и убежать.

– Нельзя исключать такую возможность, – ответил Паша, наблюдая за её реакцией. – У него не так уж много мест, куда пойти. Вы говорили ему, где живёте?

– Нет!

– Вот и хорошо. – Он снова что-то записал. – Вы с Романом в детстве жили в одном доме и ходили в одну школу. Вы помните его? Вы дружили?

Аня опустила взгляд на руки.

– Помню. Мы жили в одном дворе лет до четырнадцати, но особенной дружбы не было. Просто все знали друг друга. Потом мы с родителями переехали в Рыбинск. Папа у меня инженер, и ему предложили хорошую должность на заводе «Сатурн». Мама была против переезда из большого города в эту, как она называла, «дыру». – Губы девушки скривились, словно она презирала мать за такие слова. – Она дотерпела до моего окончания школы, а потом бросила нас и укатила в Москву. А я поехала поступать сюда, нарочно подальше от неё.

– И вы общались с Романом, когда вернулись? – ввернул Паша.

– Нет, – посмотрела Аня на нас. – Я и думать о нём забыла. Уже когда в новостях его увидела, то узнала. И это было так странно. Он ведь был тихий и скромный в детстве. Читал книги, хорошо учился. Я не могла поверить, что он мог…