Книга Изображая пару, страница 60 – Дарья Стааль, Кира Крааш

Но он лишь кивнул на выход:

— Пойдем на улицу, сейчас седлают и поедем.

— Ага, — только и отозвалась я.

Мы вышли из конюшни и довольно быстро нам вывели двух лошадей.Точнее, мою лошадку и коня для Нолана с кличкой Пожар.

Некромантские лошади отличались благородным черным цветом, густыми хвостами и гривами, ярко-алыми глазищами и клыками, что не помещались в пасти.

Это на самом деле были очень красивые звери, и погладив Ириску по шее я могла сказать с абсолютно точной уверенностью — выведенные с помощью живой магии.

— Тебе помочь? — спросил Нолан, когда я подошла с лошадиному боку и поставила ногу в стремя.

— Еще не знаю, — честно ответила я. — Если не залезу — поможешь.

Но это, конечно, была небольшая стратегическая хитрость. Любая аристократка умела ездить верхом. Некоторые даже в женских седлах, но чисто из дани истории, иногда это становилось модным. Мне женские седла не давались, и верхом я, надо сказать, была так себе ездок, но когда очень надо — вот как сейчас — немного могла прокатиться.

— Ух ты! Получилось! — совершенно искренне воскликнула я.

— Жаааааль, — протянул Нолан и чисто по-мужски хмыкнул.

Мы с Ириской возмущенно фыркнули. Синхронно.

Пожар и его некромант сделали совершенно невозмутимые морды, типа они и ничего такого вовсе не имели ввиду, неизвестно, что мы женщины себе там напридумывали.

В общем, такой вот понимающей компанией мы отправились в деревню.

На лошадях дорога оказалась значительно короче, а я очень рассчитывала выяснить хоть что-нибудь про этих со всех сторон подозрительных лошадей.

— Откуда у вас такие странные лошади? — спросила я. — Никогда не слышала об этой породе.

Нолан ответил не сразу, что заставило меня заерзать в седле от любопытства. Парень ехал, словно размышляя о том, стоит ли мне рассказывать это, и я вдруг осознала, насколько глубоко стала погружаться в дела семьи Хайрод.

Это на самом деле могло бы обернуться проблемой, если бы когда-нибудь мы бы встретились на светских мероприятиях. Но Нолан исключительно благороден, и я не собиралась уступать ему в этом.

В идеальной картине мира мы разъедемся с ним по разным концам империи и едва ли когда-нибудь кто-то из моей семьи узнает, что я была его невестой несколько дней.

От этой мысли почему-то сделалось как-то тоскливо, но я не успела осознать это мимолетное чувство — парень заговорил:

— Ты, наверное, знаешь, что существуют и другие магические рода, и древние рода. Среди них есть те,кто одарен живой магией. Той, что может заставить цвести голые камни, плодоносить песок, усмирять самых диких животных. Их магию называют «живой» не потому что они могут управлять жизнью, как целители, а потому что для них природа — сама жизнь. Ты окрасила волосы в цвет одного такого магического дара, едва ли до конца понимая смысл. Некромантов боятся и уважают, мы — самая страшная сила в бою. Но, честно говоря, я думаю, что самая страшная сила принадлежит этим семьям, ведь они могут изменять весь живой мир вокруг собственной волей.

Нууу, это, конечно, не совсем так, но общий смысл Нолан передавал верно. Собственной воли не достаточно, и я бы не смогла превратить все окрестные болота в цветущие луга.

Одна бы не смогла.

— Есть семейная байка, что однажды, еще до призыва печатей, наш предок оказался очарован девицей из такого рода, и даже уговорил ее бросить свой цветущий сад, чтобы жить здесь на болотах. Но семейные хроники за тот период очень скудны, ведь не было больших родов и больших семей… Но, думаю, это действительно было так. На наших территориях есть несколько деревень, как и та, в которую мы едем, что посреди болот могут возделывать землю. В наших конюшнях стоял кони, что могут нести некроманта в бой. У нас сохранились некоторые артефакты, что помогают верным людям жить в замке… — Нолан вздохнул. — Да, наверняка в семье была такая девушка. И она сделала невероятно много для выживания нашего рода. Но, к сожалению, она была одна.