Книга Изображая пару, страница 42 – Дарья Стааль, Кира Крааш

— Почему здесь? — спросила я, не сумев сформулировать четко ощущение от места.

— Почему болото? — уточнил Нолан.

— Да. Я думала вы живете где-нибудь в горах…

Парень хмыкнул:

— Мы же некроманты, Роуз. Знаешь, чем прекрасны болота?

— Брусникой? — улыбнулась я.

Нолан рассмеялся:

— Мне нравится твой оптимизм! Но не совсем… — парень вздохнул и, немного помедлив, произнес: — трупы почти не разлагаются в болотах, Роуз. Здесь когда-то были страшные сражения, многие армии полегли под стенами нашего замка. И, если потребуется, они встанут на его защиту.

Я брезгливо передернула плечами и как-то против воли стала идти поближе к Нолану. А этот нахал взял и обнял меня! Обнял за талию!

— Ты что! — зашипела я и попыталась отстраниться.

— Ну а что? — с невозмутимым видом произнес он. — Мне приятнее, тебе спокойнее.

— Нахал! — насупилась я.

— Не «нахал», а «мой любимый жених»! — деланно возмутился Нолан.

Я фыркнула, но… отстраняться не стала.

— Куда мы идем? — спросила я, когда на развилки парень уверенно повернул направо на еще менее сохранившуюся дорогу.

— Просто гуляем. Болота вот показал, сейчас семейный склеп покажу, — озвучил некромант план экскурсии. — А дальше заглянем в местную деревушку, пообедаем.

— А почему не в замке? — не поняла я.

— Чтобы тебе было полегче, — немного грустно улыбнулся парень.

— Спасибо, — пробормотала я, совершенно забыв,что я обычный артефактор и меня уже должно было расплющить от эманаций некромантской магии.

Совсем плохая дорога, где плит было меньше, чем засохшей грязи вперемешку с мелким гравием, вывела нас ко дворцу. Как-то по-другому это строение назвать язык не поворачивался. Выполненный в темном камне, с ажурной резьбой, башенками и витражными окнами когда-то наверняка это был самый прекрасный дворец из всех, что мне доводилось видеть.

Но окна были заложены серыми грубыми камнями, а стекло витражей местами побито. Черепица башенок частично осыпалась, и некоторы шпили покосились. А красивый, благородный серый камень изрядно подточила местная сырость. И, самое главное, входная дверь была закрыта на тяжелый, чуть светящийся, магический засов.

— Когда-то это был родовой дворец Хайродов, — пояснил Нолан. — До того, как моя семья стала владеть печатью. Так что дом превратился в склеп, а семья переехала в отстроенный замок.

Он говорил это просто и обыденно, но я знала, что за этими словами кроется страшная семейная тайна. Тайна, позволившая Хайродам заполучить печать и возвыситься.

Но все это никак не могло объяснить одного, а я решила, что раз уж мы стоим в обнимку посреди болота и любуемся родовым склепом, то по крайней мере спросить имею право.

— Нолан… — негромко проговорила я. — А почему все такое… заброшенное?

Парень глубоко вздохнул, продолжив рассматривать семейный склеп, и ответил не сразу.

Но все-таки ответил.

— Когда-то давно империя нуждалась в роде Хайрод. Мы были сильны, мы отстаивали интересы короны, мы расширяли наши границы. Мы брали свое по праву и мало интересовались последствиями. Это касалось всего: территорий, магии, женщин… — Нолан жестко усмехнулся. — А потом империя поглотила весь континент, и наши услуги стали не нужны. Мы по-прежнему богаты, и все так же сильны, но уже не так влиятельны. Рода наперебой не бегут отдать нам своих дочерей в жены, юные свободные некроманты не спешат присягать на верность, и, что самое печальное, нам и самим больше некуда стремиться. Мы залили кровью треть континента, неся знамена императора, а теперь что? На болотах не разбить сад, не вырастить пшеницу, не вырастить стада. Мы — воины, ставшие никому не нужны в мирное время. Так что сейчас другие семьи на коне. Мирные Форесты, например, или нечистые на руку Валроды.