Книга Света с нашего света. Драконы, ферма и король, страница 42 – Аврора Берева, Ксения Рева

— Нет, это сделала моя сестра, — он кивнул в сторону полок на стене. — Она как раз передо мной. А по бокам от меня две другие сестры. Нани самая младшая, но уже очень талантливая.

То, с какой любовью и нежностью этот мужчина говорил про своих сестер, заставило мое сердце сжаться от тоски. В детстве я так мечтала, чтобы у меня тоже была сестричка или, может быть, братик. И пусть я уже тогда жила с бабушкой и дедушкой, им было сложно объяснить маленькому ребенку, почемудругим дарят братиков и сестричек, а мне нет.

— Подумай об этом так, — дед выглядел уставшим от моих слез и истерик. — Тебе не придется ни с кем делить ни сладости, ни игрушки, — он подмигивал мне. — Все достанется только тебе одной.

— Но я люблю делиться! — мой рев снова усиливался. — Я ведь хорошая девочка! Я хочу делиться!

— Ну-ну, милая, — бабушка толкнула деда в сторону и отвесила ему подзатыльник. — Ты хорошая девочка, — усадила она меня к себе на колени. — И очень умненькая девочка, — ее глаза смотрели на меня с любовью. — И ты должна понять, что не все получается так, как мы хотим.

— Но…

— Но это не значит, что тебе может быть плохо от этого, — заканчивала она. — И страдать из-за чего-то долго — глупо. А ты ведь не глупая?

— Нет, — я успокоилась. — Я умненькая девочка. И мне необязательно плакать из-за братика или сестрички.

Вот так я смирилась с тем, что не нужно долго из-за чего-то переживать. Поплакала немного, вытерла слезы и попыталась найти альтернативу. Но когда я вижу братьев и сестер, которые друг для друга лучшие друзья, не могу отделаться от мысли, что тоже так хочу.

— Она красивая, — рассматривала я изображение молодой девушки.

Картина выполнена так реалистично, что смахивала на настоящее фото. Но в углу — там, где рамка закрывала края изображения — виднелось размазанное пятно краски. Так что не оставалось сомнений, это все же картина, и художник — мастер, каких днем с огнем не сыскать.

Девушка, стоящая на картине перед Дио, совсем не была похожа на него, как и две другие. У одной, кажется средней сестры, волосы собраны вверх, и ее уши вполне обычные, человеческие. И волосы у них не серебряного цвета, как у кузнеца, и глаза отнюдь не лавандовые.

Я продолжала двигаться вдоль полок, просматривая другие картины в рамках, и наткнулась на одну, где Дио прижимал к своему боку немолодую женщину. И, на первый взгляд, они тоже мало похожи, но если присмотреться, то разрез глаз у них один, и кончик носа чуть закруглен. А еще взгляд. Глаза разного цвета, но вот взгляды идентичны — так смотрит человек, на чью долю выпало множество испытаний.

— Это моя мама, — Дио появился совершенно бесшумно рядом со мной. — Правда, она красивая?

— Да, — я вновь посмотрела на женщину. — Вы очень похожи, особенно глаза.

— Тебе надопроверить зрение, — улыбнулся он беззлобно. — В наших глазах нет ничего общего, ее карие, а мои…

— Не цвет, — обрывая мужчину. — Тяжесть, — слова вырывались сами, настолько сильно прослеживалась тоска даже в нарисованных глазах. — Тяжесть прожитых лет и пережитых проблем.

Я посмотрела на Дио, и между нами повисла невероятно проникновенная пауза. Стало понятно, что я сумела увидеть то, что не видели другие.

Свист, раздавшийся сбоку, нарушил момент, и я отвернулась.

— Вашу машу! — не сдержала я крик.