Книга Проклятье Мира, страница 137 – Ника Черника

— Полный кошмар, — слышу его слова, но когда он снова смотрит на меня, то выглядит спокойным: — А теперь расскажи мне все с самого начала.

***

К тому моменту, когда я заканчиваю, за окном начинает светать. В доме заметно холодает, я кутаюсь в тонкое покрывало, стараясь не дрожать, и Мир усаживается ко мне, прижимая к себе.

— Сердишься на меня? — спрашиваю несмело, хотя ответ очевиден.

Сейчас кажется глупым, что столько времени я все от него скрывала. Но тогда я надеялась, что найду папу, боялась, что ему может угрожать опасность от оборотней… Если бы я знала, чем все это закончится, то рассказала бы сразу.

— Сержусь — это не то слово, Ада, — хмыкает Мир, качая головой и целуя меня в макушку. — Но твой рассказ все сильно усложнил.

— В каком плане?

Он сжимает меня в объятьях.

— Великий ведьмак будет здесь, скорее всего, через сутки.

— Откуда ты знаешь? — отстранившись, я поворачиваюсь к Миру.

— Потому что я лично говорил с ним. И лично принял его помощь.

— Что?.. Как?.. Когда?

— Когда мы расстались, я отправился к отцу, Питер был у него. Он сказал, что всю жизнь работал над этим гримуаром и хочет помочь… Что это его предназначение как избранного Трианой.

— Да, это действительно его предназначение, — киваю я, — только у нас ведь еще есть свобода выбора. И он выбрал не следовать ему, а творить свою реальность.

— Я этого не знал. Он создал купол над Кемвудом, пойми, от такого не отмахнешься…

— И тебя не смутило, что он появился сразу после смерти двух ведьм и моих слов о том, что у меня есть подобный гримуар?

— Конечно, смутило, но моя фантазия не настолькозатейлива, чтобы я додумался до того, что произошло на самом деле. Я и представить не мог, что великий отдаст свой дар кому-то, а потом вернет его, принеся жертву Силе. Как думаешь, а?

Мир закуривает, а я опускаюсь затылком на его грудь, потирая лицо. Да, он прав. Учитывая, что Мир переживает за исход боя, неудивительно, что принял помощь. Может, это даже к лучшему. По крайней мере, сейчас папа уверен, что Мир доверяет ему и не знает всей правды.

— Мы должны не дать ему колдовать, — говорю я, но замолкаю, наткнувшись на взгляд Мира. Качаю головой. — Нет, Мир… Ты не поступишь так… Маги погибнут, все, кто вышел на поле боя.

— И мы выиграем. Война закончится.

— Ты что, не слышишь, что я говорю? — я заправляю волосы за уши. — Он заберет мою силу и убьет тебя.

— Ты завтра вернешься в Кемвуд.

Я растерянно моргаю, не находя слов.

— Ты считаешь, его это остановит? Ты сам говорил, что Сила безгранична и не изучена до конца. Ты не знаешь, какие у него теперь возможности. Он без сожаления принесет в жертву еще кого-нибудь, чтобы получить мою магию. Ты всерьез готов так рискнуть, Мир? Готов умереть и унести за собой тысячи ни в чем не повинных жизней только ради победы?

И вдруг понимаю: он действительно готов.

— Я не позволю, — шепчу, давя слезы. — Слышишь меня? Ты не посмеешь так поступить! Не посмеешь бросить меня!

— Я… — поднявшись, он гасит окурок о подоконник. — Я постараюсь сделать так, чтобы до этого не дошло. Но я не откажусь от его помощи, Ада. Прости.

Я молчу, стирая слезы. Уверена, никакие мои слова не заставят Мира отступить от этой безумной идеи. Что ж, тогда придется действовать самой.

Сразу после разговора Мир уходит, все, что мне остается: нарезать круги по комнатушке, пытаясь решить, что делать дальше. Ощущение, что все обезумели. Мир не откажется от своей цели, она для него важнее чужих жизней. Сейчас — важнее, потому что победа даст оборотням свободу от гнета магов. С одной стороны, я понимаю его, с другой… Не готова принять подобный расклад. Только что я могу сделать?