Книга Попаданка из России, страница 15 – Клавдия Булатова

- Справлюсь, сейчас мой хороший, больно, знаем, но доктор тебе настойки даст, уснешь.

- Так, а  тут рука, лицо будем в последнюю очередь лечить, там надолго работы. Обработаем рану на руке, ох, как распахали, да глубоко, терпи, сейчас обрабатывать буду. Дуняшка, налей ему самогонки полстакана и дай выпить, нет, немного с водой смешай, а то задохнется. Вот так, а теперь начинаем. Обрабатываю, потерпи, мой хороший, сейчас закончу. Вот так, Нитки простые есть в сумочке, и иголка тоже, все с собой на всякий случай носила, вот и пригодились. И еще потерпеть придется, пока зашивать буду. Вот так, молодец, самогонка сделала свое дело, больно, но уже не так. А теперь обеззаразить шов, вот ты и готов. Агафья наложи на тряпицу мази на весь шов и бинтуй.

- Справлюсь, не маленькая, – и она усердно стала работать.

- Мамань, ты у нас как дохтор стала, все умеешь делать, - сказал Архип.

- Она толковая в этом деле, научу, и сама будет все делать. Будет тут у вас свой доктор.

- А я ей помогать буду, мне это занятие нравиться.

- И тебя научу Дуняшка, будете в паре работать. Медпункт свой откроете.

- Лечебницу что ли, а где, тут места мало!

- Ничаво, пристройку с сынами сделаем, у приказчика леса попрошу на это дело, может, не откажет, - сказал вошедший Прохор.

- Молодец Прохор, вместе пойдем просить. С делянки не весь лес вывезли, вот может и отдаст его тебе. Так, а теперь ювелирная работа предстоит. Все поделали, идите обе сюда, смотрите, пригодится. Дуняшка, убери тряпку с лица, налей ему самогонки, пусть выпьет. Обрабатываем, потерпи дорогой мой, потерпи хороший, сейчас закончу. Но остается самое главное, зашивать и шов мелкий делать, лицо все-таки. Терпи, а я тебе буду рассказывать сказку, про Иванушку дурочка. Не слышал такую, не стони, скоро все закончиться, знаю, больно. Жил, был Иванушка дурачок. Он был самым младшим в семье, и до него еще было два брата. Старшие братья его обижали, а он все терпел, потому что добрый характер у него был, но вот и все. Последний стежок, Агафья готовь тряпицу с мазью на шов, сейчас обработаю, чтобы нагноения не было. А теперь я сама тебя бинтовать буду, тут не так-то просто повязку сделать. В больницеу себя, я бы клеем все обмазала и ничего в рану не попало. Ты у нас выздоровеешь и красавцем будешь, я тебе обещаю. А шов почти незаметно будет, стежки маленькие, аккуратненькие. Все видели, у вас тут раны в основном резанные, от татарских сабель, вот так вам придется лечить людей. Будете спасать, кого сможете. Ой, я ни разу раны не зашивала, у нас хирург это делал, а тут, куда деваться, пришлось. Хоть бы все хорошо было, самое главное чистые раны, чтобы были, без гноя.

- Ты все правильно сделала, не побоялась, у нас тут докторов нет, так бы и гнили раны у мужиков, - сказала Агафья.

- До сих пор руки трясутся, но раскисать нельзя.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

- Сыночек мой, родненький, вот и до тебя добралась, ты прости меня, людей спасать нужно было. Молчишь, не пришел еще в себя, я с тобой, сынок, - и Агафья заплакала.

- Ну чего ты плачешь, он живой, просто без сознания, рана слишком серьезная, не сразу придет в себя, - успокаивала я Агафью.

- Как я не хотела их отпускать из поселения, как знала, что с ними что-то случиться.