Книга Долг Короля, страница 234 – Риссен Райз

— Ах, вот он и подводный камень, — улыбнулся герцог. — Получается, если его величество решит, что ему нужен вольфрамит, то он приглядится к обладателю лицензии на разработку. Да, это неприятно.

— Ну, не в наших силах этого не допустить, конечно, но вы можете быть спокойны на ближайшие лет пять.

— Пять? Вы уверены?

— Промышленность не рвется вверх такими же темпами, какими Борис задирает ставки, — усмехнулся Феликс. — В ближайшие пять плановых лет внимание его величества будет сосредоточено на нефти и ее продуктах. Слышали? Он хочет построить второй завод по производству макин. Безумец… Куда их столько?

— Господа, ведь Левадия пересела с лошадей на макины всего около полугода назад, если я не ошибаюсь? Неужели вы забыли, что такое ехать целый день из города в город на лошади? — спросил Анхельм, будто недоумевая.

— Господин Ример, Феликс имеет в виду, что теперь у каждой блохи будет макина. Его величество совсем не думает о том, что каждому классу предназначен свой транспорт. Крестьянину — кляча, людям нашего общества — макина. А его величество хочет сделать их доступными для всех, филантроп несчастный…

Герцог улыбнулся и зачем-то вдруг взял за руку Рин и дотронулся до ее ожерелья.

— Ну, некоторые вещи останутся доступными только для аристократии. Что же, господа, я обдумал и решил, что хочу зарабатывать.

— Великолепно, господин Ример! — хохотнул Борис и хлопнул в ладоши. — Это нужно отметить!

Феликс поднялся и достал из шкафа бутылку вина и пять бокалов.

— Благодарю, — сказала Рин безразлично, когда ей протянули один. Мужчины подняли бокалы за успех предприятия, Анхельм отпил и сказал:

— Феликс, Стефан, я просмотрел все документы, которые вы мне дали. Вы сказали, что через три дня, когда будет готов договор, я могу приехать за контрактами. Поскольку завтра я отбываю в Соринтию, за ними приедет госпожа Эмерси и все подпишет, как мы с вами и договаривались. Что касается вольфрама и оплаты сделки, Борис, я бы предпочел, чтобы деньги не шли через банковских служащих.

— Само собой, в транзакции будут только мои доверенные лица. Договор я предоставлю хоть завтра. Деньги подождут, все равно вы от меня никуда не исчезнете.

— На этом и остановимся. А теперь, господа, прошу простить, но нам с леди Эмерси пора. Уже двенадцатый час, а вставать завтра ни свет ни заря.

Анхельм помог Рин подняться, и Феликс как хозяин вечера проводил их.

Выйдя на улицу, Рин глубоко вздохнула и решила не задавать никаких вопросов. Из всего разговора было понятно одно: Анхельм что-то задумал. Когда они ждали свою макину, он вдруг нагнулся к ней и прошептал, что она сегодня шикарно выглядит. Рин смерила его недовольным взглядом и ответила, что больше всего ей хотелось бы получить не комплимент, а объяснение, что произошло, кто все эти люди, и почему речь идет о таких сумасшедших суммах. На это герцог засмеялся, обнял ее и сказал, что ужасно ее любит. Рин захотелось отдавить ему ногу каблуком, но она сдержала себя.

Вернувшись в гостиницу, Рин подошла к зеркалу и долго рассматривала себя в нем, пока Анхельм не встал позади и не стал ее раздевать. Она хотела сказать, что устала, что у нее нет настроения, но потом вспомнила, что уже завтра он уедет, долгие недели они будут врозь, поэтому повернулась и ответила на ласку. Его руки путешествовали по ее телу, губы скользили по плечам, груди. Рин начала расстегивать пуговицы рубашки.