Книга Долг Короля, страница 179 – Риссен Райз

~*~

Все тело нещадно ломило, в висках пульсировала острая боль, словно бы все зубы болели разом. Во рту у нее была странная прозрачная трубка, ведшая куда-то к потолку. Она не могла моргнуть, веки что-то удерживало, и один человек с черными глазами и белой медицинской маской на лице капал в них какую-то жидкость. Ее голову удерживал кто-то странный, похожий на человека. Кожа его была светло-зеленой, на шее она ясно видела просвечивающие артерии, вены и позвоночник. Тонкие бескровные губы на вытянутом длинном лице напряженно изгибались. Только кожа вокруг раскосых серых глаз была медового оттенка, как у Фриса. И эти глаза смотрелись невероятно дико на его лице. Он держал руки около ее висков, и будто иглы впивались и проникали внутрь до самого мозга. Рин хотела кричать, но больше не могла — сорвала голос. Ей казалось, что это ужасное состояние никогда не прекратится, но вдруг этот странный недочеловек отнял ладони от ее головы, и все резко оборвалось.

— Ну, вот, самая сложная часть закончена, мозги работают, осталось только загрузить их воспоминаниями, — сказал тот самый, что держал ее за голову. — Бедняжка моя, как же тебя потрепали! Ладдар, я последний раз предупреждаю: больше она не выдержит, не смей мне экспериментировать! Ты своим магическим вмешательством из ее мозга кашу сделал. Сколько раз я предупреждал, чтобы ты не примешивал свою магию к моей?

— Высший, ситуация требовала… — ответил тот, что капал ей в глаза.

— Не оправдывайся.

— Явиноват… Я буду осторожнее.

— Распустил я вас, духов, творите что попало… — проворчал первый. — Подготовь ее к переносу.

— Хорошо, Высший, — ответил Ладдар и прикоснулся ко лбу Рин одним пальцем. Свет в ее глазах выключился.

_______________________________________________

Я продолжаю бежать и гнаться за ключом к разгадке

Тайны твоего темного сердца.

Я никогда не смог бы понять

По тем знакам, что являлись мне,

Что игра была подстроена с самого начала.

(Miracle of Sound, Sweet L.A.)

Рин много раз пыталась описать то чувство, с которым проснулась, но каждый раз только со злостью комкала бумагу и выбрасывала черновики. Это было… странно. Похоже на ощущение пробуждения после слишком долгого сна. Все вокруг происходило словно бы замедленно. Голова совершенно пустая, полная потеря ориентации в пространстве — невозможно понять, где право, а где лево. Мозг медленно проводил инвентаризацию тела: две здоровых руки, две здоровых ноги, одна больная голова, в груди ноет, спина затекла. Рин с усилием разлепила глаза. Белый потолок, желтый солнечный свет, в котором плавают-танцуют пылинки, заносимые ветром через раскрытое окно. Она некоторое время наблюдала за их беспорядочным кружением, пока к носу не подплыл аромат цветов и фруктов. Сразу проснулся желудок, заурчал. Рин попыталась глотнуть, но во рту совершенно пересохло — губы не разлепить. Она повернула голову к источнику запаха и увидела корзину, тумбочку и девушку, сидящую на стуле. Девушка читала книгу, но как только Рин повернулась к ней, отложила ее и ласково улыбнулась.

— Воды?

Рин медленно моргнула. Девушка налила воды в желтый стакан и помогла Рин сесть. Поддержала ее голову, пока та пила, и осторожно уложила обратно.

— Хотите еще что-нибудь?

— Не знаю… — проговорила Рин, обнаруживая, что говорить может, но очень тихо. Горло как будто онемело, все внутри саднило.