Книга Фривольное лето. Ярко горят!, страница 169 – Дмитрий Арканов

— Надеюсь, в этот раз объяснение будет более убедительным. В которое можно поверить, а ещё лучше — проверить.

— Итак, давай по порядку. Вот эти мы достали из этого кармана, так? — Я продемонстрировал артефакт номер один.

— Так, — кивнула Ульяна.

— Если я всё правильно помню, то в этот карман я положил подарок Ани.

— И не нужно на меня так смотреть. Согласен, странный дар. И я не знал, что это были… трусы. Она мне что-то вчера в столовой всучила, сказала: «Посмотришь дома, а пока положи в карман». Я потом вообще про это забыл, у меня и без этого был день весьма насыщенный.

Ульяна возмущённо фыркнула:

— То есть ты хочешь сказать, что девушка тебе дарит свои трусы, но при этом у вас с ней ничего нет? За дуру меня держишь?

— Ну хочешь, сама у неё спроси. Её ли это вещь и что между нами.

— Даже если это были её, вряд ли она сознается, если я буду спрашивать. А я не буду спрашивать! То же самое про отношения.

— Да, точно. Об этом я не подумал… О! Знаю! — Я воодушевился. — Я же всё равно ей хотел отдавать. Ну, про полотенце заговорили когда, я подумал, что и подарок Ани надо тоже вернуть, всё-таки она, когда дарила, наверное, на что-то рассчитывала. А теперь, когда мы всё выяснили и я её убедил в том, что не испытываю к ней никаких чувств и не планировал какие-то отношения… Что всё, что случилось — это большое недоразумение, что она неправильно меня поняла, а я до этого просто не мог найти в себе силы нормально объясниться…

Я перевёл дух:

— Короче! Я ей их верну, а ты подсмотришь за нами. И подслушаешь. Думаю, это послужит неплохим доказательством? Шпионить всё равно твоё любимое занятие… только, пожалуйста, фотографий не надо!

«Главное, чтобы Анна опять не надумала себе чего-нибудь и не бросилась целоваться. С неё станется. Тогда я точно погиб!»

— Ну, посмотрим! — Ульяна выжидающе посмотрела на меня. — А что насчёт вторых?

— С этим сложнее…

Ульяна торжествующе улыбнулась:

— Ага, значит, есть за тобой всё же тёмные делишки, в которых стыдно признаться!

— Я не знаю за собой дел, за которые мне должно быть стыдно.

— Совесть променял на ластик ещё в третьем классе?

— Всё нормально у меня с совестью, она у меня есть, и она меня не мучит. Потому что не за что! — Я сделал паузу. — Тебе Алиса не рассказывала про вчерашнюю нашу с ней ночную встречу?

Ульяна закатила глаза:

— Романтическая прогулка под луной? А! Поняла! Вы вчера плавали с ней голышом под светом звёзд и планет? И чем это ты испачкал полотенце, что теперь его нужно стирать?

— Это будет долгая история, — тяжело вздохнул я.

…

— То есть, ты хочешь сказать, что не знаешь, откуда у тебя вторые трусы, предполагаешь только, что тебе их могли подкинуть? Получается, некто раздел тебя, потом отнёс вещи в домик и по пути подложил свои трусы.

— Или не свои. Но в целом всё так, другой вменяемой теории у меня нет.

Ульяна скептически фыркнула:

— Пфф. И ты хочешь,чтобы я в это поверила?

— Ну, не знаю, повесь объявление: «Нашлись женские трусы, забирать у Ульяны». Посмотришь, кто придёт, и решишь тогда, что у меня с этой незнакомкой было, а чего не было.

— Ты, Семёныч, ничему не учишься! Никто не придёт и ничего не расскажет. Это мы уже проходили на примере с Анной.

— Больше ничего не придумывается. Фактов и доказательств у меня нет. Не знаю тогда, что делать. — Я ненадолго замолчал, обдумывая дальнейшие слова. — Понимаю, что если ты мне не поверишь, то участь моя незавидна. Последствия тоже представляю. Придётся быть одиноким негодяем, бабником, эксгибиционистом и мерзким похитителем трусиков. Всеобщим изгоем. Очень не хочется, но раз уж так сложились обстоятельства, ничего не поделаешь.