Онлайн книга «Там, где водятся мужья»
|
Самолет, в который садилась Алиса, был не очень большим. И все бы ничего, только ее очень смущала эмблема, которая красовалась на хвосте борта, принадлежавшем Odan Airlines. Это был черный кот, который, выгнув спину и задрав хвост трубой, смотрел на мир огромными сапфировыми глазами. Какое отношение коты имеют к полетам или государственным символам? И почему эти синие глазищи кажутся ей очень знакомыми? Что тут не все чисто, Алиса заподозрила, когда начальница вызвала ее на три дня раньше из отпуска. В их фирму пришло приглашение оценить курорты Одана. Как известно, Одан — это муниципалитет в регионе Иль-де-Франс, что находиться в 55 километрах северо-западнее Парижа. Девушка в силу своей работы географию знала на отлично. И прекрасно понимала, что севернее Парижа зона явно не курортная. Однако оказалось, что Одан к Франции отношения никакого не имеет. Это небольшое островное государство находится где-то на просторах бескрайнего Тихого океана. Как Алиса, так и ее начальница Ольга Николаевна о нем слышали впервые. Но на столе Ольги Николаевны лежало приглашение с полностью оплаченным проживанием и перелетом. Причем, персонально на имя Алисы. Обычнотакие ознакомительные туры оплачивала сама фирма, покрывая убытки за счет туристов. Поэтому Ольга Николаевна настаивала на скорейшем вылете своей работницы, в уме уже подсчитывая прибыль от нового экзотического маршрута. И вот этот голубоглазый кот на хвосте. Лаки… Что-то было общее у эмблемы и ее недавнего гостя. Алиса надеялась, что работа, в которую она собиралась уйти с головой, поможет ей забыть недавнее приключение, когда она умудрилась влюбиться в плод своей фантазии. Но эта эмблема была слишком живым напоминанием минувших двух последних недель. Девушка немного взгрустнула. Она поднялась в самолет. Широкие удобные кресла с красной обивкой указывали на явную принадлежность к первому классу. В изголовье каждого кресла красовалась эмблема все с тем же голубоглазым котом, который был изображен на корпусе самолета. Причем эконома не было и в помине. Она оглядела салон и села на место у окна, которое было обозначено на посадочном талоне, полученном при регистрации. Все вроде бы как обычно. Стюардесса в красной униформе сообщила, что полет продлиться 20 часов, а также всю необходимую традиционную информацию о нахождении спасательных жилетов, кислородных масок и т. п. Алиса мысленно охнула. Где же находится это государство? Даже до Чили обычно добираются в течение 18 часов. А тут целых 20. Что удивило еще, так это русский язык экипажа, на котором делались сообщения. Обычно экипаж сообщает информацию на родном языке, а затем на английском. Но русским в абсолютном смысле назвать его было нельзя. Он более подходил на один из диалектов. Так где-нибудь в Ивановской области вместо привычных нам «петнадцть» или «питнадцать», вы услышите «пЯтнадцать» с ярко выраженным «я». А на севере у вятичей фразу «красивый цветочек» преподнесут как «крОсивый цветоцек». Даже в культурной столице Санкт-Петербурге вместо привычного «бордюр» будет «поребрик». Оданский диалект, если его так можно было бы назвать, звучал напевно, растягивая по-южному гласные, но при этом с легким упором на «о», как на русском севере. И проскакивали некоторые незнакомые слова. Хотя с очень нелитературным «вокурат» Алиса была знакома от своей бабули. А мама сильно ругала, когда это слово проскакивало в лексиконе девушки. |