Книга Дракон-куратор и уроки межмировой магии, страница 145 – Виолетта Донская

— Там расположены многочисленные лаборатории по переработке токсичных тяжелых металлов. Помимо незастывающей лавы в воду попадают и вредные химические элементы.

— Что еще больше затрудняет добычу, — кивнул Кирнан.

— Это ладно, — отмахнулся куратор, — как эти вещества влияют на самих моллюсков? Они им не вредят?

Кирнан перевел вопросительный взгляд на меня, так как эту часть исследований взяла на себя именно я.

— Раковина титановых моллюсков достаточно прочная и способна противостоять вредоносному воздействию даже самых опасных и ядовитых веществ. А её огнеупорные свойства защищают её даже при попадании жидкой лавы.

Дракон нашими ответами остался доволен, как и профессор Ойхана. Асфаделий поставил нам высокую оценку, так что остаток дня я пребывала в легкой эйфории.

Оставался лишь экзамен по погружениям.

Куратор дал нам несколько несложных заданий на втором уровне, затем немного попытал нашу нервную систему и проверил знания о ментальных ловушках, после чего засек время, выясняя, как долго и качественномы можем управлять чужим телом. В аудиторию мы вернулись вымотавшиеся, но довольные. Куратор всех похвалил, указав на небольшие недочеты, над которыми еще стоит поработать, и когда я уже настроилась на то, что всё закончилось и можно наконец выдохнуть, неожиданно «обрадовал»:

— С сегодняшним заданием вы все справились. Но зачет я вам не поставлю.

— Как? — вырвалось нервное у кого-то из старшекурсников.

Дракон так улыбнулся, что у меня вспотели ладошки, пока я ждала, что он скажет.

— Ваша группа получит зачет лишь при одном условии. Вы должны стать командой и занять первое место на Каас-Талом.

Несколько мгновений в аудитории стояла изумленная тишина, а когда до всех дошел смысл сказанных куратором слов, её разорвал настоящий гвалт. Лицо Франция в этот момент надо было видеть. Он повернулся в мою сторону и весело подмигнул, просто-таки излучая волны радостного предвкушения. А я, тихо застонав, уронила голову, желая хорошенько побиться ей об стол, чтобы заглушить единственную назойливую мысль.

«Теперь и мне придется участвовать в этих идиотских играх!»

Солнце слепило так сильно, что перед глазами без конца мельтешили темные пятна, под плащ забирался промозглый ветер, завывания которого с трудом могли заглушить натужное и хриплое дыхание. Что и говорить, горы — это не мое. Первые два часа крутого подъема я еще держалась довольно неплохо, даже сама удивилась своей выносливости. Но уже к полудню с трудом переставляла ноги, в боку нещадно кололо, а лицо покрылось некрасивыми красными пятнами. Во время небольших остановок ребята доставали из рюкзаков пакетики с запасенными закусками и металлическими крошками, которыми щедро сдабривали свою пищу, после чего с восполненной энергией продолжали подъем. За первые две остановки я уже проглотила по одной жемчужине, а последнюю, из трех положенных на день, рассудительно решила припасти на вечер, предполагая, что силы наверху мне тоже понадобятся.

Кирнан среди всех участников был единственным полнокровным человеком, и никакие добавки не могли дать ему быструю подзарядку энергией, но к моему удивлению и зависти, бывший напарник, хотя и выглядел немного утомленным, не отставал и ловко взбирался по крутому холму. Наблюдая за ним украдкой, я невольно испытывала грусть, вспоминая наше легкое дружеское общение до нападения Шу. Но как бы мне ни хотелось вернуть всё как было, я ждала, что Кирнан сам сделает этот шаг и расскажет правду, чтобы стереть образовавшуюся между нами отчужденность.