Книга Пушистая помощница для злодея, страница 36 – Виолетта Донская

В воцарившейся тишине из него вышли несколько мужчин в длинных белоснежных рясах, и остановились, бросив короткий взгляд на склоненных горожан. Следом вынесли позолоченный гроб, и когда его загрузили в большой стеклянный катафалк, самый высокий из служителей поднял руки и громким сильным голосом произнес следующие слова:

– Светлый Бог принял душу моей юной дочери. Да упокоится Ванесса в царстве Теосфоса. Да возродится она в лучшем мире. Энай.

– Энай, – закричали люди, не поднимая голов.

Пресветлый подошел к девушке, стоявшей чуть в стороне от остальных, и приобнял за плечи. Он проводил её к одной из подъехавших к храму карет и помог забраться внутрь. Захлопнув дверцу, он махнул кучеру, экипаж тут же двинулся прочь с храмовой площади, а сам Эдвард Касарийский подозвал новую карету, в которой уехал в противоположную сторону. Остальные служители вернулись в храм, после чего к воротам потянулся катафалк. Люди выпрямлялись и бросали ему вслед белые цветы, выкрикивая прощальные слова благодарности Светлому Богу.

Проводив взглядом экипаж, в который села Алиана, я заерзала в сумке. Что-то не давало мне покоя, странное чувство неправильности.

«Ну конечно, по сюжету книги в этой карете она возвращалась не одна!»– осенило меня.

После того, как убийство Ванессы признали военно-политическим, глава департаментабезопасности вызвался лично сопроводить Касарийских на прощальную церемонию в главный храм, а позже и отвезти Алиану в поместье. Когда девушка осталась с ним наедине, она впервые не смогла сдержать слез. Тогда главный герой, не говоря пустых слов утешения, молча отдал ей свой платок, и именно с этой сцены началась история их любви. А сейчас главная героиня возвращаться в поместье без своего героя…

«Возможно, они так больше никогда и не встретятся»,– несмотря на то, что это были всего лишь книжные персонажи, мне отчего-то стало грустно.

«Но главное, что Хайден с Алианой не столкнулись. И пока он держится подальше от её поместья, можно не волноваться…».

Мысли оборвались, так как Хайден за это время как раз обошел площадь и вышел к длинной веренице повозок, припаркованных за воротами. Кучера и слуги терпеливо дожидались возвращения своих хозяев, расхаживая в нескольких шагах от экипажей или сидя на козлах, с дымящимися трубками в зубах. И все в таких же невзрачных плащах, как тот, что сегодня надел колдун.

Его теплая рука проскользнула мимо меня, доставая спрятанный на дне сумки холщовый мешочек. Хайден прошел немного вперед и остановился перед темно-коричневой каретой, оглянулся на пустующие козлы соседней повозки и обогнул экипаж с другой стороны. Ловко запрыгнув на облучок, он раскрыл мешочек и поднес его к лицу кучера. Растерявшись, тот открыл рот, в который Хайден тут же всыпал горсть сухих трав. Глаза мужчины закатились, колдун поймал его и стащил на землю, снял с головы несчастного треуголку и уложил его в удачно расположенные рядом с высоким забором кусты.

В этот момент к карете приблизилась пожилая пара в красном. Хайден надел украденный головной убор, низко надвинул его на лицо, пихнул мою вытянувшуюся от возмущения морду обратно в сумку и закрыл клапан.

– Прошу.

Судя по звукам, Хайден открыл дверцу кареты и пригласил пару внутрь. Зашуршало платье, скрипнула ступенька, дверца со стуком закрылась, и колдун быстро забрался на козлы. Заскрежетал металл, раздалось приглушенное тарахтение, и вскоре повозка тронулась, стуча колесами по мостовой.