Книга Герцогиня в изгнании, страница 88 – Диана Дурман

Чтобы узнать, что его помощник из Радека нагло его обворовывал! А ведь Вилейт сам был в этом виноват — он так показательно ненавидел свою жену, так старательно делал вид, что её не существует, что ушлый работник быстро смекнул: можно слать любые отчёты, хозяин всё равно их достоверность проверять не будет.

Спонтанное решение наведаться к Этерии заставило Вилейта почувствовать себя дураком. Поддавшись эмоциям, он повёл себя очень недальновидно.

А когда Вилейт увидел изрядно похудевшую Этерию, с выцветшими волосами и темными кругами под глазами, то вообще почувствовал себя… жалким. Смерть друга наложила на него отпечаток, но как он мог срываться на женщине оказавшейся полностью в его власти? Ведь эта дурочка жестоко поплатилась и без его вмешательства — хуже разбитого сердца, может быть только предательство любимого человека.

После разговора с женой герцог ещё больше утвердился в том, как был не прав и уже собирался просто повысить Этерии содержание и оставить её в покое. Однако последние событие заставило его во многом усомниться и пересмотреть свои планы. Даже сейчас глядя в окно кареты он видел не убогий вид за ним, а серые глаза всего на миг вспыхивающие зелёным огнём.

Показалось? Вот уж точно нет. Вилейт был уверен, что радужка Этерии изменилась, перед тем как она потеряла сознание — это не давало ему покоя. А ещё…

Обморок из-за испуга? Испугалась? Этерия? Бред, да и только! Он помнил, как на одном из приёмов тогда ещё дерзкой фаворитке Альберта одна из соперниц подожгла платье, а она вместо криков со злым выражением на лице просто отрезала столовым ножом пылающий участок ткани. Такая девушка точно не испугается какого-то очищения.

Но больше всего настораживали именно глаза — это точно не была игра света, они изменились,… как и сама Этерия. Его жена буквально сама на себя не похожа. Да, остались какие-то повадки, но если смотреть на девушку в целом она словно совсем другой человек. И именно эти выводы привели Вилейта на окраину города.

Герцог опустил взгляд на книгу, зажатуюв руке, как раз в тот момент, когда карета немного накренилась, сворачивая к нужному адресу, и плавно остановилась у участка с покосившимся забором. Дверца открылась, и Вилейт выбрался наружу, чтобы оглядеть ветхое двухэтажное здание.

Когда-то его можно было назвать коттеджем, но сейчас это скорее развалина, доживающая свой век. Узкая тропинка, ведущая к дому, так же представляла собой почти полностью втоптанные в землю плоские камни, в зазорах между которыми желтела трава.

Преодолев короткий путь, Вилейт постучал в немного покосившуюся дверь и стал дожидаться ответа. Пока в глубине дома раздавались шаркающие шаги, герцог надеялся, что ехал сюда не зря. Всё же вопрос очень специфический.

Как ни странно на пороге его встретил дворецкий, такой же древний и обшарпанный, как и коттедж. Увидев подслеповатым взором герцогский герб на шейном платке Вилейта, дворецкий поспешил пригласить гостя внутрь скромного жилища.

Гостиная встретила герцога запахом дыма — давно не чищеная труба тянула в дом не только тепло камина, но и запах гари, а также старцем в кресле-качалке. Хозяин дома не стал подниматься навстречу высокопоставленному гостю в силу своей немощности и, обменявшись с Вилейтом короткими приветствиями, предложил присесть.