Книга Герцогиня в изгнании, страница 19 – Диана Дурман

После этих слов мне не удалось сдержать ликование — улыбка расползлась на лице, а я впервые за время после пробуждения в этом теле ощутила искреннюю радость. Наконец-то у меня появился первый союзник! Да, необычный и ужасно жуткий, но как же я была рада этому мрачному пёсольву!

Без страха протянув руку, я позволила стражу лизнуть чёрным языком свою ладонь, после чего там проявилась вязь хозяйки этого поместья и всех близлежащих земель. В тот момент страх остаться одной где-то на краю империи отступил, позволяя мне облегченно выдохнуть.

Хоть мне предстояло ещё вернуть много воспоминаний, но были и те, что уже плескались на поверхности. И знания о стражах являлись как раз такими.

Повезло ли мне? Нет, просто вмешались старые порядки. Пару веков назад, когда тёмных магов хотя бы терпели, так сложилось, что вся знать континента предпочитала именно их защиту для дальних усадеб. Почему? Всё просто.

Светлая магия могла оснастить поместье защитным куполом, да, крепким, высоким, но… бездушным, не имеющим воли и потому его становилось легко разрушить. А воттварь, рождённая симбиозом некротической магии и тёмной алхимии, была куда более грозной защитой. Если их сравнивать, то они как этакие обычный забор, который если постараться можно перелезть, и преданный, не убиваемый волк обученный защищать своих хозяев. Так что выбор очевиден.

Правда, из-за своей природы такие пёсики нередко предавали своих хозяев, если их об этом просили тёмные маги. А когда рядом со стражем появлялся некромант, он всегда признавал его своим хозяином и верно служил тому до конца его дней, что было очень и очень неприятно для настоящих хозяев. Ведь стража привязывали именно к земле, где строили загородные дома, а значит вместе с ним везучему некроманту нежданно-негаданно отходило чужое имущество. Попробуй потыкай официальными бумагами в морду фактически бессмертной твари. Она просто перекусит тебя пополам, наплевав на все человеческие законы.

Возможно такая “свинья” со стороны создателей стражей была одной из причин начала гонений, таких как я. Но кто теперь разберёт? Да и для меня сейчас главное, что теперь не нужно переживать о своей безопасности и можно сосредоточиться на быте.

Не надеясь ни на кого, я даже быстрее начала налаживать свою жизнь в изгнании. Наплевав на правила приличия, я перебралась на кухню и обустроила там себе уголок для отдыха. Мягкую перину старательно выбила, избавляя от пыли, то же самое сделала с подушками и их не пожадничала для своего нового ложа, чтобы было теплее. Саму кухню отскоблила чуть ли не до блеска, а за принесённой из спальни ширмой организовала себе место для купания. Такое решение оказалось идеальным.

Печи в отличие от каминов хорошо прогревали довольно просторное помещение кухни настолько, что даже сквознякам не удавалось выдуть тепло к утру. Ту же воду не нужно было далеко таскать, а избавлялась я от использованной воды с помощью специального слива. Плюс мне очень нравился царящий здесь запах трав пучками висящих на стены — их развесила повариха, используя для блюд по большей части предназначенных не мне. Так что потихоньку жизнь налаживалась, в чем мне помогал не упомянутый мужем пятый слуга поместья.

Им оказался торговец. Он-то и стал второй и последней причиной не держаться за ту пакостливую четверку. Раз в неделю торговец приходил через портал вместе с туго набитыми баулами, в которых имелисьпродукты, предметы первой необходимости, базовые лекарства и всё, что может пригодиться аристократке-затворнице в глуши. Пожалуй, щуплый мужичок, вечно шмыгающий носом, был единственным, кого не интересовали ни моя внешность, ни моё прошлое, а только моя платежеспособность.