Книга Герцогиня в изгнании, страница 134 – Диана Дурман

Мой побег почти удался — звуки боя отдалялись, а нежитьслужила неплохим ориентиром противников, и потому было легко определить, в какую сторону следует двигаться, чтобы не встретиться с врагом. Но тут, прямо перед цепочкой из валунов, что-то неожиданно схватило меня за ногу.

— Сюда! Некромантка здесь! — Заверещал… леший, оплетая мою щиколотку корнями ближайшего дерева.

— Ах ты, труха нечистая, предать меня вздумал? — поражённо прорычала я, с ненавистью глядя на бывшего союзника. Теперь становилось ясно, из-за кого образовалась лазейка для засады. Видимо проклятый дух испугался, что я не сдержу обещание и лишу его лес жизни, но это его ни в коем разе не оправдывало. Потому, не раздумывая над своими дальнейшими действиями, я зло смеюсь: — Ну что ж, теперь тебе остаётся винить только себя.

Резко наклонившись, хватаю лешего за сухое запястье и, посмотрев в испуганные глаза, без колебаний прошипела:

— Моэрти! — Едва самое опасное слово всех некромантов сорвалось с моих губ, нечисть захрипела, посерела и, закатив глаза, выдохнула комок зелёного света. Тот пометался, пытаясь избежать уготованной участи, и трепыхаясь, устремился к моему браслету, где упокоился без права на перерождение. Сочувствия во мне не проснулось. Предательство я не прощаю и всех, у кого имеется душа, отныне буду наказывать подобным образом. Иной раз, чтобы избежать удара в спину, лучше внушить ужас, потому что уважение продаётся гораздо охотнее.

Пусть короткий бой остался за мной, однако сражение я проиграла. Проклятый леший украл у меня драгоценные минуты, выдал моё местоположение и… лишил шанса на спасение.

Моя нога ещё была зажата в тисках из корня, когда вокруг стал разгораться пожар. Его больше никто не мог остановить: ни мои слуги, ни влага, а всё потому, что он сиял белым светом, громко кричащем о великом артефакте правящей семьи Валлиса.

Наверное, именно так расплачиваются все, кто считает себя умнее остальных.

Стоя в кольце из пламени, которое медленно, словно издеваясь, сужалось, пожирая пядь за пядью, я ощущала как меня всё сильнее одолевает страх. Он удушающим комом застрял в горле, раскидывая свои щупальца по всему телу и страстно желая добраться до самого сердца, чтобы безжалостно его сжать, раздавить в своей омерзительной хватке. Инстинкты вопили, что нужно уносить ноги, вот только бежать было некуда. Стена огня полностью отрезала меня от всего мира, высасывая силы и превращая в обычного человека.

Стремясь хоть как-то отвлечься, я старалась думать о чём угодно, только бы не дать себе поверить, что это конец. И уж тем более не поддаться ужасу — пусть скептики скажут: «надежда отравляет душу», но порой именно она помогает продержаться заветные мгновения, за которыми следует спасение. Поэтому приходилось даже ругать себя за излишнее высокомерие, чтобы не отчаяться.

Захотела быстро разжиться материалом в лице наёмников Альберта? Плюс золото пополнить в придачу? Получи уничтожение своих слуг и повторение самого ужасного из кошмаров! И ведь некого теперь винить — сама во всём виновата.

Глупо было рассчитывать, что такой расчётливый человек как Альберт не сразу хватится своих приспешников, пусть и находящихся так далеко от столицы. И ещё глупее было думать, что только у Эдвина имеются способности незаметно шпионить за кем угодно. Проклятый император наверняка давно в курсе обо мне, раз успел подтянуть сюда людей и спеться с лешим — остаётся только догадываться где и когда предатель умудрился пересечься с людьми Альберта. Но это точно именно трухлявый пень помогал войску оставаться незамеченными моими стаями. Просто в силах любого лешего открывать короткие тропы даже для большого числа людей разом. Так что коварная лесная нечисть запросто могла скрыть отряд, пришедший за моей головой, до нужного момента. Что он, собственно, и сделал, а я не подумала учесть такой вариант. Дура!