Книга Позор рода, или Поместье в гиблых землях, страница 45 – Диана Дурман

Наше знакомство с Халмвиром началось с главного – с предоставления голубым очам аптекаря одного из моих эликсиров. То, что мужчина действительно знает своё дело, стало ясно сразу. Ему хватило лишь беглого взгляда на слабо мерцающую жидкость в фиале, чтобы с восторгом выхватить её из моих рук и, разглядев его на свету под разными углами, одобрительно поцокать языком. Затем аптекарь без лишних слов капнул янтарную жидкость себе на тыльную часть ладони, слизнул её, задумчиво покатал на языке, и проглотил. Как только он это сделал, его взгляд в мою сторону изменился.

– Хотя, не отвечайте, – в итоге сказал Халмвир сразу же после своего вопроса. – От эликсира исходит ваша аура.

– Вы лекарь? – пришла уже моя пора удивляться. Лекарями называли узконаправленных обладателей светлой магии, сила которых, в отличие от моей,была сфокусирована только на исцелении других.

– Да, – со скромной улыбкой ответил мужчина, не прекращая с восторгом рассматривать мой эликсир, – во мне есть немного целительской магии, но этой искры недостаточно, чтобы полноценно лечить других своей маной. Потому мне пришлось углубиться в аптекарское дело и сосредоточиться именно на нём. – Ответив на мой вопрос, Халмвир снова посмотрел на меня и произнёс: – Госпожа, а какие ещё лекарства вы умеете делать?

Чувствуя как за спиной, где стояли притихший староста и маркиз, разливаются новые волны любопытства, я честно призналась:

– К сожалению, моё обучение только началось, потому отвар расторопши – первые шаги в этом нелёгком искусстве.

– Умно было начать именно с него, – похвалил меня Халмвир, не став заострять внимание на отсутствии у меня опыта. Вместо этого он вдруг тяжко вздохнул и сказал: – В Гиблых землях ваш эликсир будет бесценен и потому… недоступен для большинства.

Мягко улыбнувшись, не стала тянуть и произнесла:

– Я не возьму денег за отвар. Пока, по крайней мере.

– Вы хотите распространять его бесплатно? – вклинился в наш разговор староста, в чьём голосе уже не было столько пренебрежения как при встрече у ворот.

– Только на этот год, – подтвердила я, а затем пустилась в пояснения. – Однако при некоторых условиях. В первую очередь эликсир должен доставаться самым тяжело больным людям. Никаких подкупов, никаких привилегий родственникам и просто знакомым – панибратства я не потерплю. Для получения лекарства все должны быть равны. – Отметив, как удивлённо вытягиваются лица присутствующих, продолжила: – Второе – отчётность. Нужно будет назначить человека, который станет объезжать все поселения и вести учёт всех тяжелобольных. Я должна знать точные цифры, чтобы создавать достаточное количество лекарств первой необходимости. И последнее…, – угрожающе повисла моя фраза и, судя по глазам аптекаря, он ожидал подвоха, однако вместо этого услышал, – скидка на травы для отвара. Буду честна, мой бюджет тает на глазах, но даже так я хочу помогать людям, а не наживаться на их проблеме, и потому мне нужна будет ваша помощь.

Обдуманные заранее слова возымели правильный эффект. Никто не бросился называть меня наивной или сумасшедшей. Мужчины вокруг на какое-то время замолчали, обдумывая всё сказанное. После чего аптекарьи староста переглянулись, и второй взял слово:

– До нас дошёл слух, – начал староста Врайта, – что вы хотите отменить налоги на год.