Книга Осмеянная. Я вернусь и отомщу!, страница 93 – Анна Кривенко

Я даже не сразу поняла, зачем он это делает: настолько была ошеломлена и дезориентирована собственными эмоциями. И вдруг его губы оказались в миллиметре от моих. О Боже, неужели он собрался меня поцеловать?

Лицо полыхнуло жаром, щёки вспыхнули. Всё внутри сжалось в такой комок, что я не смогла сделать вдох. Сердце бухало в груди, вызывая страшный шум в ушах. Эмоции попёрло через край.

Одна часть меня безумно хотела этого поцелуя. Так хотела, что заставила задрожать. Но другая ужаснулась, пытаясь напомнить, что Эрик для меня, как мужчина, больше не существует.

Парень почему-то замер у самых моих губ, не решаясь преодолеть последний барьер и коснуться их. Я чувствовала его теплое, взволнованное дыхание.

Вдруг он отшатнулся, вернулся на своё место и опустил глаза. Я почувствовала себя неожиданно преданной. Неужели передумал? Неистово захотелось презрительно бросить в лицо что-нибудь обидное и уйти. Стало так горько на душе, что я реально собралась встать и убежать отсюда.

Но в этот момент Эрик поднял на меня глаза. В его взгляде я увидела такое море боли и отчаяния, что мой гнев мгновенно улетучился. Но спрашивать ни о чём не стала. После того, что было между нами, это казалось неуместным.

— Извини, — проговорил Эрик, вновь опуская глаза.

— За что? — вырвалось у меня. Кажется, меня опять понесло.

— За всё, — ответил парень неопределённо. На этом наш непонятный разговор закончился.

Мы постарались переключиться на учебу, хотя ничего не клеилось. Я не могла забыть того, что между нами едва не случилось.

Измучившись, решительно отодвинула в сторону учебник и произнесла:

— Давай не сегодня. Я просто не хочу…

Эрик посмотрел на меня с какой-то болезненной гримасой, но потом кивнул, и я не могла понять, что с ним творится. Поднялась на ноги, собрала свои вещи и пошла к выходу.

И вдруг парень окликнул меня вновь:

— Вероника, постой!

В звенящей тишине это прозвучало подобно неистовому грохоту. Остальные посетители библиотеки с недовольством обернулись в нашу сторону, а смотрительница цитадели знаний достала лист бумаги, перо и чернила и собралась писать на нас жалобу.

Я же вообще не обратила на это никакого внимания.

Голос парня меня безумно удивил. Я замерла и медленно развернулась.

Эрик подошел вплотную и, с невероятной тоской глядя в глаза, прошептал:

— Хочу поговорить с тобой, можно?

И я кивнула, понимая, что отказать ему не смогу…

* * *

Мы сидели в пустой аудитории,закрывшись на ключ. Здесь было тихо и пусто. Как раз идеальное место для особенных разговоров.

Меня потряхивало от волнения, не знаю даже почему. Эрик предложил мне стул, а сам отошел к окну, смотря из него на небо и как будто собираясь с силами. Я нетерпеливо ждала.

— Ты напоминаешь мне одного человека, — произнес он вдруг, нарушив молчание, — напоминаешь настолько, что я, кажется, схожу с ума!

Всё внутри меня похолодело. Истинное значение его слов стало понятно с первой же его фразы. Но губы сами прошептали:

— Кого же?

— Одну девушку, она уже умерла. Её звали Вероника Шанти. Думаю, ты прекрасно знаешь, кто это.

Я вздрогнула от звучания своего прошлого имени в его устах.

— Знаю, — ответила я, стараясь говорить как можно более спокойно, хотя все внутри трепетало.

— Это я во всём виноват, — продолжил Эрик, не оборачивалась. — Из-за меня она умерла. Я был самовлюбленным идиотом, который думал, что что-то значу в этом мире. Что я богат, неотразим, независим и так далее. Она не сделала мне ничего плохого. Скорее всего, её вообще подставили. А я выместил на ней всю свою гордыню и задетое самолюбие. Девушка не смогла вынести этого. Вся академия ополчилась на неё из-за меня. Поэтому я убийца!