Книга Осмеянная. Я вернусь и отомщу!, страница 52 – Анна Кривенко

Она собралась уйти, но Микаэль вдруг окликнул ее:

— Постой!

Девушка удивленно посмотрела на него.

— Возьми! — приговорил брат, протягивая большую серебряную монету. — Благодарность за помощь.

Девчонка не ожидала подобного, поэтому радостно заулыбалась. Монету приняла с восторгом, а потом посмотрела на Микаэля с лукавым блеском в глазах:

— Ты настолько красив, что я готова обслужить тебя бесплатно и в любом состоянии, — она имела в виду его ноги. — Если захочешь, приходи и найди Софи!

Подмигнув, девушка умчалась прочь, а брат так сильно покраснел, что я заметила это даже в полумраке.

Ванде, похоже, стало дурно, а вот Вилпо было смешно.

Я же ощутила, что скоро сойду с ума от напряжения, поэтому скомандовала двигаться вперед и не отвлекаться непонятно на что.

— Ты знаешь, где находится комната сестры? — уточнила у Ванды.

Та кивнула.

— Да, отсюда как раз недалеко…

— Отлично, чем быстрее закончим, тем быстрее вернемся домой… — проговорила я, и мы шагнули в темную неприветливую часть здания…

Мы стояли посреди чужой спальни, бессмысленно рассматривая царивший в ней беспорядок. Кажется, Антуанетта (а это была ее комната) собиралась в большой спешке и сейчас отсутствовала.

Ванда разочарованно выдохнула.

— Я так надеялась ее застать! — проговорила она и всхлипнула. — Нетта хорошая девушка, но пропала под дурное влияние и… Лет шесть назад она влюбилась в одного богатого аристократа. Это была несчастливая любовь. Мужчина воспользовался ее невинностью, прилюдно опозорил и выбросил на улицу. В итоге, вся родня от нее отвернулась, кроме матери. Кузина была в отчаянии и поэтому решилась на столь отвратительную работу: она хотя бы приносила приличные деньги. Самое циничное, что сейчас Антуанетта помогает деньгами не только матери, но и тем родственникам, которые от нее отвернулись. Добрая душа…

Мое сердце сжалось. Сегодня я получила очередной урок: никогда нельзя судить о человеке поспешно. Казалось, кузина Ванды была достойна только одного — презрения. Ее не за чем было жалеть. В воображении она представала опущенной и мерзкой, а на самом деле была несчастной девушкой, которой разбили сердце и которая была вынуждена выживать.

Конечно, я не оправдывала способ выживания, который она избрала. Всегда можно было устроиться прачкой или служанкой, но… всё равно не стоит судить поспешно тех, судьбы которых ты не знаешь. И ду́ши тоже…

Что-то заворочалось глубоко в сердце. Какая-то далекая и туманная мысль, что мне стоить применить этот урок для собственной жизни, но ощущение быстро пропало, и я тотчас же позабыла о нём.

— Предлагаю оставить письмо и вернуться в Академию, — произнёс Микаэль, но Ванда вдруг заупрямилась.

— Нет, я должно сказать ей лично! Письмо может затеряться, и Нетта опоздает на встречу с мамой…

— Эх, если бы у меня была магия… — пробормотал брат удрученно, а Ванда встрепенулась.

— У меня есть магия! — произнесла она, смотря на него с надеждой. — Пусть немного, но всё-таки есть. Я могу… поделиться, а ты… — она отчего-то покраснела, — а ты мог бы направить ее куда нужно и сотворить заклинание.

Микаэль удивился, а потом задумался. Предложение было интересным. По его лицу я считывала, что мальчишка борется с собой. Похоже, ему очень хотелось снова почувствовать управление силой, но осознаниетого, что эта сила была чужой, заранее приносило боль.