Книга Осмеянная. Я вернусь и отомщу!, страница 42 – Анна Кривенко

Аудитория одобрительно загудела. Кажется, все воодушевились, только вот мне эта идея страшно не понравилась. Не люблю работать с кем-то, обычно это не очень хорошо заканчивается.

Эдрин Добсон развернул внушительный список и начал зачитывать:

— Александр Сервик,вы в паре с Максимиллианом Гаутто с третьего курса. Запомните это имя! Далий Саттавир, вы в паре с Эдгаром Росно с четвертого курса…

Я ужаснулась. Значит, они уже даже распределили роли??? Кто же попадется мне?

А сердце екнуло, словно предчувствуя беду.

— Вероника Лефевр, вы в паре с… Эриком Фонтейном! О, это будет интересный тандем, — улыбнулся учитель и лукаво на меня посмотрел. Что такого интересного в подобной связке, я совершенно не могла понять.

— А можно мне… кого-то другого? — выкрикнула, не удержавшись.

Учитель даже не удивился, словно догадывался, что я попрошу о таком.

— К сожалению, нет, моя дорогая! Списки утверждены ректором, ничего изменить нельзя. С завтрашнего дня вы занимаетесь с Эриком Фонтейном, и точка!

Послышались шепотки вокруг. Что происходит? Почему все так взбудоражены???

Проклятье! Хотелось побиться головой об парту.

Неужели из всей Академии не нашлось кого-то другого? Почему именно он???

* * *

Несколько часов спустя. Учительский кабинет…

— Ставлю два золотых на то, что Вероника Лефевр разругается вдрызг с Эриком Фонтейном уже к концу практики! — учитель артефакторики вынул монеты из кошеля.

— Принято! — весело рассмеялся учитель боевой подготовки. — А я ставлю на то, что он в конце концов на ней женится!

— Как не стыдно! — покачала головой леди Алания, учитель лекарского мастерства. — Я понимаю ещё, когда студенты делают ставки, но вы преподаватели! Это же возмутительно!

Эдрин Добсон посмотрел на коллегу с укоризной.

— Алания, дорогая, это жизнь! Причем, жизнь крайне серая и скучная. Мы развлекаемся, как можем, и не вижу в этом никакого преступления. Вся Академия сделала ставки, ажиотаж только растет. За этой парочкой приглядывают все, кому не лень. Давно у нас не возникало таких интересных явлений!

— Тогда вам стоило запретить делать ставки и успокоить учеников! — не унималась женщина. — Академия существует для того, чтобы в ней учиться, а не играть в азартные игры.

Учитель боевого искусства закатил глаза.

— Алания, вы же понимаете, что никакие запреты не подействуют. Родители большинства учеников имеют столько власти, что сметут нас с работы и не поморщатся, стоит их драгоценным чадам нажаловаться на учителей. Лучше не злить детишек лишний раз!

Женщина раздраженно поджалагубы и молча покинула помещение. Она страшно негодовала на произвол, творящийся в Академии, но изменить ничего не могла, потому что здесь действительно, как и в светском обществе, имели значения только высокие титулы и деньги.

А она не обладала ни тем, ни другим…

— Микаэль, представляешь, меня поставили в пару с этим Эриком! — негодовала я, буквально бегая по нашей гостиной. — Такое ощущение, что кто-то сделал это специально! Но ведь никто не может знать, что с этим парнем у меня… так сказать… сложные отношения! Мик?

Кажется, брат меня не слушал. Я только сейчас обратила внимание, что он выглядел рассеянным и не притронулся к обеду. Я, конечно, тоже ничего не съела, поглощенная возмущением, но у меня были веские причины, а вот у него…