Книга Искушение Озеда, страница 140 – Виктория Эвелин

Максу не отступал

— Ты выглядишь так, будто молодой парень прямо из школы мужества побил тебя в драке.

Озед нахмурился.

— Как будто ты только что вылез из Перламутрового озера, ужаленный тысячей биломов, — Максу поднял свой бокал и произнес тост.

— Я понял! — рявкнул Озед, совершенно не находя это забавным. — Ужасно. Я выгляжу ужасно, — он сделал глоток своего мотта и указал на Максу. — У тебя нет дел? Сегодня же церемония, верно?

Максу злобно усмехнулся

— Да, но у меня еще три церемонии впереди, прежде чем они заставят меня участвовать или, скорее, пока я не решу, какой закон нарушить, чтобы меня признали неподходящим.

Озед закатил глаза, но заметил, что ему больше не так уж важно нарушение правил братом. Почему он должен был жениться на женщине? Он сделает все возможное, чтобы сделать ее счастливой, только для того, чтобы она покинула его. Озед сделал еще один глоток, чувствуя, что эта мысль слишком близка к дому

Как только задница Максу коснулась стула, сверху раздался звон. Его брат лениво зарычал и снова встал, чтобы посмотреть, кто требует входа у ворот.

— Ты кого-то звал?

Озед нахмурился в ответ. Был только один человек, которого он хотел видеть.

Поскольку потеря работы в Храме означала, что ему также пришлось освободить дом на территории, он переехал к младшему брату. Максу, бывший наемник и одиночка, построил дом с расчетом на изоляцию. Предупреждения и ловушки, вместе с толстым забором и невидимым щитом, который окружал дом, выстраивались вокруг его владений на холме за городом.

По крайней мере, все наконец-то оставили Зеда в покое, когда он поселился здесь. Большинство людей знали, что забраться в дом Максу и действительно получить доступ слишком хлопотно.

Максу вернулся в большую комнату, его губы скривились от раздражения.

— Это Королева.

Озед выпрямился, удивление прорвалось сквозь его мрак самосожаления.

— Зачем она здесь? — сказал он глупо, зная, что Максу никогда бы не пригласил ее сам.

— Сомневаюсь, что она пришла увидеть меня, — прорычал Максу, снова уходя к двери.

Он не разговаривал с Королевой с тех пор, как сдал свои документы на следующий день после визита к Алексу. Потеря работы, дела всей его жизни, оказалась удивительно легко переносимой. На самом деле, он редко думал об этом. Даже не пытался искать новую работу. Его поразило, насколько незначительным оказалось то, что он считал ценным превыше всего остального, после пережитого настоящего счастья.

О разгладил свои помятые одежды и попытался привести волосы в порядок. Он встал, подобрал мусор с ближайшего стола и выругался, когда бутылка мотта упала на пол.

— Озед, — раздался величественный голос Королевы.

— Ваше Величество. — Он поднялся из положения на корточках над бутылкой, поклонился и снова выпрямился. Вверх, вниз, вверх, вниз. Как чертова детская игрушка.

Королева взглянула на Максу, проходящего мимо и усаживающегося в кресло. Они знали друг друга достаточно хорошо, учитывая, что Максу всегда попадал в какие-то неприятности. Ни один из них не любил другого.

— Я пришла, чтобы официально передать своё послание, — сказала она, стоя вместе со своими охранниками, вместо того чтобы садиться в кресло, которое Озед освободил для неё. Её бордовое платье было простым и закрывало её от подбородка до пальцев ног. Её белые волосы были аккуратно закручены в причёску на затылке. Её лавандовые глаза были ясны и спокойны.