Книга Тайна опозоренной жены, страница 47 – Кария Гросс, Кристина Юраш

— Напоминаю, —заметил муж, а я запаниковала, что не успеваю. — Ты ни с кем не разговариваешь, кроме как с королевой. Всем мило улыбаешься и проявляешь ко мне любовь. Королева должна убедиться, что мы с тобой помирились, и все невзгоды позади. От меня ни на шаг.

Карета остановилась, когда я смогла пошевелить ногой. Так, одна нога есть! Одна рука и одна нога! Это уже что-то! Быть может, я смогу выиграть немного времени, чтобы совладать со второй ногой. Но пока что муж не должен ни о чем догадаться!

Ландар вышел из кареты, протягивая мне руку. Вокруг дворца собралось столько экипажей, что пьяному кучеру некуда было упасть.

Роскошная лестница вела к воротам, а по ней скользили нежными тортиками роскошные дамы и поднимались господа.

— О, — послышался женский голос. — Ваше сиятельство!

Я увидела молодую женщину, которая натурально сверкала. Даже в пудре кто-то намешал блесток, от чего ее лицо переливалось, как дешевая заколка. Волосы ее тоже сверкали, а кокетливый завиток, оставленный служанкой, намекал, что красавица не прочь пошалить.

— Мое почтение, — произнес муж, а я втянула запах ее духов. Ну, это не она! Какой-то бергамот с лилией!

— Я смотрю, у вы уже помирились? — улыбнулась кокетка, ослепляя своей улыбкой. Платье у нее было многоярусным, очень вычурным, но при этом довольно строгим.

— О, да, — мягко улыбнулся Ландар, целуя мою руку, а потом прижимая к своему сердцу. Дракон повернулся ко мне, а в его взгляде было столько нежности. — Получилось недоразумение… Она вымолила возможность увидеть меня и поговорить… Приехала ко мне в столицу…

«Что он несет?!!», — внутренне негодовала я, чувствуя, что от злости вот-вот лопну. Но при этом глупенькая улыбочка не покидала моего лица.

— Долго стояла под дверью… Ну разве можно было не простить и не выслушать такое очаровательное, нежное и любящее создание? К тому же ребенок мой.

— О, как это мило! — закусила губу кокетка, а в ее глазах читалось: «Да итишь твою налево! Я тут, значит, грудь раскатала! А они уже помирились!».

— Жоржетта! — послышалось сипловатое покашливание, а к красавице подплыл колобок преклонных лет. — Милая, пойдем! Мы и так опоздали! Ваш сиятельство! Я за вас очень рад!

— Да, дорогой! — улыбнулась жеманница, а я поняла по блеску обручальных колец, что это не отец и дочь, а мужи жена.

Мы двинулись по лестнице, а нас все приветствовали. Дамы что-то шептали, глядя на нас украдкой.

— Ваше сиятельство, — чинно с поклоном произнес слуга, открывая двери. — Ваше сиятельство!

Я как-то и забыла, что тоже как бы сиятельство! Мы прошли туда, откуда лилась музыка. Как раз закончился танец, за танцующими, я увидела огромный трон в виде нависшего дракона, на котором восседала скромная маленькая женщина.

— О, как мы рады вас видеть! — рассыпались в комплиментах встречные пары. — Мы так рады, что вы помирились…

Ландар гордо вышагивал по залу, а я шла рядом с ним. Мы направлялись к королеве, которую кто-то чем-то отвлек. Она не смотрела на нас, а смотрела на склонившегося мужчину немолодой солидной наружности, который ей о чем-то докладывал.

«Не смотри на нас!», — умоляла я, мечтая смешаться с толпой. — «Я прошу вас! Не смотри!».

На мое счастье к королеве подвели девушку. Она напоминала обморочную козочку. Вся в кружевах цвета сливочного крема с венчиком из бежевых роз. Скованно девушка растянула юбку в реверансе, пока пузатый господин с проседью нахваьливал ее. Королева благодушно кивала.